Камень Вселенной

Об этом её буквально час назад попросил покойный учитель.

Жанна промыла ранку на затылке женщины, которая оказалась не слишком глубокой, и привязала к ней листок plantain (подорожника) шейным батистовым платком. Благо эта целебная травка произрастала здесь в изобилии.

– Ну вот, – жизнерадостно улыбнулась Жанна, – шрамы украшают не только мужчину.

– Скоро стемнеет, а нам и переночевать негде… – вновь поникла Николь, со слезами на глазах обозревая пепелище, в которое обратилось её наследие.

– Ерунда, – махнула рукой Жанна.

 – Гляди, какой симпатичный сеновальчик у твоих соседей. Мы там отлично выспимся. А завтра… завтра мы отыщем этих калек, что пожгли твою собственность, и стрясём с них по полной программе и за моральный, и за материальный ущерб.

– Каких калек? Они же здоровые, как быки?

– Будут… после встречи со мной. А сейчас пойдём-ка пороемся в угольках… может, что ценное ещё отыщем. Нам теперь каждый су на вес золота будет. Да и побрякушки там всякие сгореть не должны.

Жанна поднялась на ноги и уверенно потянула Николь за руку, увлекая к сгоревшему дому. На самом деле ей позарез нужно было найти тот перстень, что она отобрала у дорожных разбойников. Впопыхах выпрыгивая из окна, она совершенно забыла про кожаный кошель с деньгами, в котором и была припрятана сия драгоценность.

Роясь в головнях, им действительно удалось извлечь оттуда кое-что полезное, включая обугленные деньги в количестве, достаточном для полноценного существования в течение пары недель.

Это были накопленные Николь несколько пистолей, предназначенные для закупки очередной партии продуктов и вина в таверну.

Жанна с упорством фанатика копалась в том месте, где раньше была её комната. Она, обжигаясь, методично оттаскивала уцелевшие обугленные бревна в сторону, расчищая площадку и тщательно перебирая мелкие головёшки. Наконец, издав радостный вопль, воительница выхватила из-под толстого медного таза кожаный мешочек, как ни странно, нисколько даже не пострадавший от сильного жара.

В сознании девушки всплыл образ улыбающегося учителя и тут же исчез.

– Спасибо, сэнсэй, – прошептала Жанна и пристегнула кошель к поясу, ничуть не сомневаясь в целостности его содержимого.

Не злите женщину…

Утро выдалось на редкость тёплым и солнечным. Небеса, устав поливать землю холодным осенним дождём, наконец-то прояснились. И даже ветер, разогнав прочь хмурые серые облака, стих, удовлетворённый своей работой.