Принцесса Ли-да. Серия «Попаданцы»

Зато молодые люди навострили уши, с любопытством разглядывая необычного пассажира.

– Пожалуйста, возьмите за проезд, – сказал водителю китаец, протягивая пятитысячную купюру.

– У меня сдачи не будет, – хмуро бросил тот, косясь на притихших парней.

– Извините, но мельче у меня нет. Впрочем, сдачу можете оставить себе, – улыбнулся необычный пассажир и сел на переднее сиденье.

– Хм… щедро, – хмыкнул водитель, радуясь неожиданной халяве.

– Справедливо, – вновь улыбнулся китаец и отвернулся к окну, любуясь окружающей природой.

– Слыш, ь китаёза… – услышал он сзади грубый голос одного из парней. – Эй… я к тебе обращаюсь, обезьяна жёлтая!

Китаец молчал, никак не реагируя на выкрики позади себя, и по-прежнему с улыбкой рассматривал проплывающие мимо берёзы и ёлки.

– Пацаны. Да он нас ни во что не ставит! – раздался ещё один насмешливый голос.

– Так может, это… он того… по-русски ни бум-бум, – заржал третий.

– Ага… а с шоферюгой через электронный переводчик разговаривал.

Не, пацаны. Надо китаёзе всерьёз предъявить. Он оскорбил мои лучшие чувства! Я к нему со всей душой, так сказать, время хотел спросить, а он меня за невидимку держит! Непорядок! А ну пошли, пацаны, разберёмся.

Троица встала и прошла по проходу, расположившись напротив медитирующего китайца.

– Слышь, страхолюдина. Ты че, рамсы попутал? Мы те че, фраера какие, чтобы нас через пень кидать? Я к тебе обращаюсь… э…

– Ты обращался к китаёзе, жёлтой обезьяне и страхолюдине, – молвил, наконец, китаец, не отрывая взгляд от окна.

– Так ты они и есть вместе взятые! – заржали хулиганы.

– Короче так. Ты отдаёшь нам содержимое своего кошелька, а мы за это тебя простим. И даже форму головы корректировать не будем.

– Пожалуйста, – наконец удосужился взглянуть на них китаец и протянул портмоне.

– Так оно же пустое… – разочаровано протянул один из парней и бросил портмоне на пол.

– Тю… вот дурак-то. Последнюю пятихатку водиле за так отдал! Ну ничего… мы сегодня добрые… ограничимся простым извинением.

Правда, пацаны?

– Ага!

– Верно!

Загоготали распоясавшиеся качки, предвкушая очередное представление.

– А ну, китаёза… проси у дяди прощения.

– Я не могу. Его здесь нет, – мягко ответил китаец, глядя на них с вселенским спокойствием.

– Кого нет? – слегка опешил хулиган.

– Моего дяди, – улыбнулся старик и вновь отвернулся к окну.

– Да он издевается над нами! – взбесился заводила.