Быть человеком. Часть 1. Опалённые временем

Трепались на ветру красные полотнища с чёрными пауками свастик на белом фоне. На всех углах расклеены были листовки, с угрожающими призывами к местному населению. Со стороны улицы Пилсудского доносился стук топоров. Когда они подошли ближе, Анна с ужасом поняла, что это возводят виселицу. На их пути вислоусый полицай, с белой повязкой на рукаве, взгромоздившись на приставную лестницу, что-то приколачивал на стене здания. Внизу скалили зубы его товарищи, пытавшиеся, перекрикивая друг друга, давать вислоусому советы.

Вот он опустил руки и, отклонившись от стены, стал любоваться содеянным. На белой табличке, успела прочитать Анна, чёрной краской было выведено: площадь Адольфа Гитлера. Анну бил озноб. Но никто не обращал внимания на две женские фигурки, тащившие куда-то тележку с песком.

Это было начало, а впереди их ждали годы страшной оккупации и никто не мог даже предположить, через какие страшные нечеловеческие испытания предстоит им пройти.

Оккупация

1941—1944

После захвата Советской Украины оккупанты разделили её на четыре части, нарушив тем самым её целостность.

Эти части вошли в подчинение разным государствам и администрациям.

1. Черновицкая, Измаильская, Одесская, частично Винницкая и Николаевская области, а так же левобережные области Молдавии были объединены в губернаторство и включены в состав Румынии.

2. Западные области – Дрогобыческая, Львовская, Тернопольская и Станиславская составили отдельный округ под названием «Галиция» и вместе с польскими землями вошли в состав отдельного губернаторства с центром в Кракове.

3. Черниговская, Сумская, Харьковская области и Донбасс подчинялись германскому военному командованию.

4. Остальные украинские области вошли в состав рейхскомиссариата «Украина» с центром в городе Ровно. Рейхскомиссаром Украины был назначен Эрих Кох.

В субботу 1-го августа 1941-го года в Станислав прибыл начальник гестапо Ганс Кригер со своими подручными. В тот же день он собрал представителей еврейской общины перед зданием гестапо и обратился к ним с речью с балкона второго этажа.

– Я очень добрый человек и хорошо отношусь к евреям. Заверяю вас, что вы тоже будете любить меня и жалеть обо мне после моего отъезда. Наш фюрер Адольф Гитлер тоже очень добрый человек. Он вынужден изолировать евреев во время войны от других национальностей, только лишь для того, чтобы они могли спокойно жить и работать. Поэтому всем членам вашей общины подлежит пройти регистрацию.