Плакса

Да, Элизи упала, но хищника она теперь не интересовала, пес еще налету попытался извернуться и захлопнуть на моей отставленной в сторону руке свою пасть, но вышло не так, как он планировал. В этой руке обратным хватом я держал нож и полоснул им по диагонали снизу вверх.

Острый, как бритва, клинок с легкостью рассек шкуру на морде пса, не причинив тому ощутимого урона. Но зверюга не проронила ни звука, словно бы и не испытала жгучей боли от раны. Она развернулась и снова прыгнула на меня. Если бы я был собой прежним, то, скорее всего, подставил безоружную руку под укус, а ножом бил бы в сердце или шею, а, может, постарался бы встретить ее прямым ударом ноги…

В любом случае, сейчас я не мог сделать с громадным хищником ничего.

И думать мне тоже было некогда. Когда пес взвился в воздух повторно, я просто метнул ему в раскрытую пасть свой нож. Между нами не было и полутора метров, поэтому нож даже не успел перекрутиться в воздухе, летя в цель.

Да, собака сбила меня с ног и даже упала сверху.

Но рвать меня она не стала, сделав пару шагов в сторону, хладнокровно попыталась передними лапами достать торчащий из пасти нож. И это удалось ей прежде, чем я успел подняться c пыльной земли. Брызжа кровью, зверь прыгнул в третий, определенно, последний для меня раз.

Но тут старания Элизи, наконец, увенчались успехом. Все это время девчонка, не отводя взгляда от нашей со зверем пляской смерти, протяжно визжала на очень высоких частотах. Именно на этот крик к нам на выручку и вернулся Эдвардс.

Правда, пришел он не так, как уходил: не через калитку, а перепрыгнув примерно четырехметровый забор. Мужчина показался над забором в тот же миг, как собака взвилась в воздух в третий раз, и снова случилось то, что я уже наблюдал однажды в роще.

Вспышка от растопыренной пятерни, почти сразу же прозвучавший грохот, и оглушенного пса относит далеко в сторону.

А ведь вся моя прежняя жизнь к этому мигу уже почти успела пронестись перед моими новыми зоркими глазами! Эта, как говорится, сутулая псина, напугала меня прямо-таки до чертиков.

Умей я говорить на местном наречии, возможно, даже начал бы заикаться.

Эдвардс, меж тем, времени зря не терял. Сначала он подошел к девочке и убедился, что та получила всего пару царапин и ушибов. Потом он вопросительно посмотрел на меня. Я автоматически показал ему большой палец, направленный вверх. Туда же поползли и брови Эдвардса, когда он увидел это мое движение.