Земля Санникова. Плутония. Коралловый остров. Рассказы

 – Стало быть, люди есть, и огонь ихний!

– А если есть люди, то должен быть и спуск вниз, – заметил Горюнов. – Люди не могли слететь, как птицы, по воздуху.

– Спуск мог быть, но обрушился.

Прошло еще полчаса в молчании, и всех стало клонить ко сну. Но тут новое явление обратило на себя внимание. Несмотря на поднявшуюся выше и ярко светившую луну, дальняя часть впадины стала неясной и скоро совсем исчезла в пелене тумана. Эта пелена медленно ползла на юг, и вскоре вся впадина превратилась в огромное белесоватое озеро слегка волнующегося тумана.

Затем он стал подниматься выше и клочьями переползать через низкое место южной окраины, где находились путешественники.

С севера потянуло сырым, но тепловатым ветерком, и скоро гребень, скалы, палатка очутились в густом тумане, через который едва была видна луна.

– Представление кончилось, занавес опущен, и пора уходить! – заметил Ордин.

– Уйдем от греха в палатку! – предложил Горохов. – И как вы себе хотите, Матвей Иванович, а все это – одно наваждение, марево, и земля эта, и леса, и луга, и звери.

Вот увидите, завтра проснемся, ничего, кроме снега, не будет, и нам придется ворочаться поскорее.

– Ну ладно, прорицатель, завтра увидим, – ответил Горюнов.

Легли спать, но спали тревожно, потому что собаки по временам поднимали лай и визг, вероятно, чуя каких-то не очень далеких животных.

Первый день на Земле Санникова

Когда рассвело, туман еще не рассеялся; он был так густ, что в пяти шагах силуэт человека почти исчезал в молочно-белой мгле.

Даже по соседству со стоянкой нужно было ходить очень осторожно, чтобы не свалиться с обрыва, находившегося в нескольких шагах от палатки.

Приходилось ждать возможности идти дальше по гребню в поисках места для спуска. Развели огонь последними дровами, взятыми с Котельного, накормили собак, не торопясь позавтракали.

Судя по часам, солнце поднялось уже больше часа, но туман совершенно скрывал его; он, казалось, переливался через гребень, словно жидкий кисель, переполнивший огромную чашу впадины и стекавший через выщербленный край.

– Это дымит ваш вулкан, – острил Костяков. – Он действует по ночам: сначала загорелись огни, а потом повалил дым.

– Смейтесь, смейтесь, Павел Николаевич, – ответил Ордин. – А все-таки эта впадина – вулкан, и это открытие не менее важно, чем нахождение самой Земли Санникова.

– Но разве могут быть вулканы среди полярных льдов? – спросил Костяков.