Земля Санникова. Плутония. Коралловый остров. Рассказы

– Заметили вы огромный рог у него на носу? – спросил Горюнов, не менее пораженный.

– И куцый поросячий хвостик? – добавил Костяков.

– А вот его следок, – сказал Ордин, указывая на отпечаток ноги на мокром месте тропы, где вылили лишнюю воду.

Этот след имел почти восемнадцать сантиметров в диаметре и оканчивался впадинами, оставленными несколькими копытами.

– Итак, мы видели еще одну живую окаменелость – ископаемого длинношерстного носорога, – сказал Ордин.

– А будь она проклята за ее живость, эта окаменелость! – воскликнул Костяков.

 – Она весь наш обед изгадила.

Действительно, носорог, пронесшийся ураганом по тропе, наделал беды: котел с супом был отброшен в кусты и, конечно, пуст, мясо валялось на траве, палочки с шашлыком растоптаны, чайник лежал на боку.

– Начинай сначала, повар! – усмехнулся Горохов, подбирая котел и чайник, чтобы идти за водой.

– Этакое неуклюжее чудовище! – ворчал Костяков, собирая разбросанные кусочки мяса. – Мало ему было места на тропе!

– В другой раз будем умнее, – смеялся Горюнов, – и расположимся в сторонке от звериного тракта!

– Еще кто-то бежит! – крикнул Ордин и прыгнул в кусты; остальные последовали за ним.

Через несколько секунд по траве с таким же глухим ревом пробежали один за другим три носорога, которых успели рассмотреть лучше. Спереди был самец с огромным рогом на морде, позади которого возвышался второй рог, гораздо короче. За ним следовала самка с одним небольшим рогом, а в хвосте – детеныш, безрогий, еле поспевавший на своих коротких ножках за родителями.

Все трое были покрыты редкой, но довольно длинной черно-бурой шерстью.

– Ну, ребята, берегитесь! – предупредил Горюнов. – Вероятно, они от какого-то хищника убегают. Приготовьте ружья!

Не успел он сказать это, как на тропе показался хищник, в котором нетрудно было узнать медведя, но огромной величины; он бежал, низко опустив голову и обнюхивая землю, слегка переваливаясь с ноги на ногу. Заметив догоравший и дымивший огонь у тропы, он сразу остановился, поднял голову, раскрыл пасть, показав свои огромные клыки и красный язык.

Но тут его сзади атаковали собаки, и он круто повернул и побежал назад, издавая недовольное ворчанье.

– Ну, товарищи, – возгласил Горюнов, – переберемся-ка на поляну. Здесь, видно, звери не дадут нам не только что сварить обед, а даже съесть его спокойно.

– Матерый мишка! В жисть я таких не видывал… – сказал Горохов, вылезая из кустов.