Русь святая – 2

– Вы нарочно приходите меня мучить? – Владимирский с верху видел, как бедную Марию Фёдоровну всю колотит от чувств.

– Хотелось просто узнать, как быстро тебя забывает девушка, ещё вчера клянущаяся тебе в любви.

– Вчера? Вы уже четыре года мучаете меня! Прошу вас Пётр Владимирович, оставьте уж меня в покое! – учительница бухнулась перед управляющим на колени и немощно зарыдала: – Зачем я вам, вы же никогда на мне не женитесь? Вам доставляет удовольствие мучить и терзать моё сердце. – Ого, – подумал Владимирский, – да она в него по уши втрескавшись.

Петручо поставил её на ноги и стал покрывать поцелуями её лицо:

– Прости меня. Я знаю, мне совсем не нужно бывать у вас в усадьбе, тем более что хозяйством теперь занимается сама хозяйка Светлана Сергеевна. Но не могу удержаться, от одной мысли становится невыносимо что больше не встречусь с тобой. Сама видишь, с собой не совладаю.

– Ваши чувства слишком запутаны и мне недоступны. Только я уж перестала надеяться, на ваши честные намерения.

Простите меня Пётр Владимирович, у меня занятие.

– Значит все таки рассчитали, что ваша жизнь с Акимом счастливей будет.

– Да как у вас язык поворачивается, …? Пустите! Я попрошу, впредь оградить меня от ваших речей. – И Мария Фёдоровна уткнувшись лицом в носовой платочек, иносказательно упорхнула словно серна в чащу леса, только наша углубилпсь в сад и там дала волю слезам.

Владимирский уже возле самой усадьбы догнал Петра:

– Петручо! Не узнаю тебя. Обещал быть на завтраке.

– Задержали дела, личного характера, не обессудьте Владимир Владимирович.

– Опять на вы. Мы же боевые товарищи. Ну что у вас там в личном плане?

– Пётр внимательно посмотрел прямо в глаза Владимирскому, затем усмехнулся:

– Удивительно, от тебя ничего не скроешь командир. Как только ты, моё обращение на вы, смог увязать с личным характером, мне не понятно? – Наводя тень на плетень, Пётр не ответил на вопрос нашего героя.

– Утопленница у нас судя по всему в речке.

Георгий с голубятни выглядел. Вот глаз алмаз. Ну и я забрался посмотреть, откуда стал невольным свидетелем вашей беседы с Марией Фёдоровной. – Раскрылся Владимирский.

– Чего из того? – Невозмутимо ответил Пётр.

– Девушке уже двадцать два года, чего не женишься?

– Не могу.

– Во как! Аргументируй.

– Как дела ваши обстряпывал, ещё четыре года назад, с купцом Завидякиным что лесом торгует, слово я дал купеческое, хоть купцом и не являюсь.