Русь святая

 – Последнею фразу, лейтенант пропел.

– Какие цветы!?

– На твою могилку.

– Вах! Я тебя сам похороню!

– Ты что вправду собрался идти к нему на встречу? – Схватив за рукав, Агеев остановил лейтенанта, когда они уже двигались к траншеям.

– Слушай ротный, давай глянем, что там.

Они спустились в траншею и Владимирский припал к прибору ночного видения. Из леска вышел по пояс раздетый амбал, и запалив факел двинулся вперёд.

– Ох ни фига себе! – Изумился Агеев, увидев богатыря в факельном освещении.

– Дядя Гиви это Ты? – Спросил лейтенант поднеся рацию ко рту. Он увидел как идущий с факелом достал рацию и ответил:

– Я, мальчик маладой!

– Я иду.

– Ты што!? Белены объелся!? – Агеев запнулся, видя как на него смотрят солдаты, среди которых появились раненные добровольцы.

– Да не боись ротный. Я мастер спорта по боевому самбо. Лучший был в области. Отступать некуда. Мужик сказал!

– Мужик сделал! – Закричали бойцы.

– Покажем Чехам! – Настраивая себя на бой закричал Владимирский.

– Да! – Заорали все.

Лейтенант раздевшись по пояс, вышел на встречу смерти. Температура была около нуля, из-за этого Владимирский жалко дрожал всем телом. Но вот он остановился и дальше двинулся суетной походкой Челентано, загибая то в одну сторону, то в другую, разворачиваясь вокруг своей оси.

Гиви уже находился возле шлагбаума, воткнув в тубу факел. Это был бородатый, атлетического сложения здоровяк, высокого роста, тяжёлой весовой категории, лет тридцати.

Против двадцати двух лет, среднего роста и среднего веса лейтенанта.

Владимирский так и двигался походкой Челентано, нагнувшись сорвал какой-то пучок травы.

– Какой маленький и глупый мальчик. – Только и успел сказать Гиви, потому что не ожидал от молодого мальчика, такой прыти. Гиви видел как в лицо ему летит трава, но он не видел за травой кулака. Падая, он все же успел захватить ногу своего врага, но получив коленом в голову откатился назад.

Гиви был опытным бойцом по боям без правил и поэтому, пока его лежащего, сверху избивал людоед с костью проткнутой через обе щеки, он попытался сделать захват бьющей его руки, что бы в дальнейшем перевести на болевой приём. Однако дикарь вырвался, дав возможность Гиви подняться на ноги. Наш тяжеловес был силен настолько, что даже от его не очень точного удара ногой, в верхнею часть бедра молодого мальчика, у Владимирского вызвало онемение ноги.