Русь святая

Скажите мне господин Ляпкин, являетесь вы патриотом отечества? – Пафосно разглагольствовал князь.

– А как же! Я добровольно… – Здесь князь перебил инженера:

– Тогда господин инженер, соблаговолите выпить за нашего воскресшего друга Варяга!

– Господа. – Как-то жалостливо произнёс инженер, глядя на полный стакан вина, вставленный в его руку. Но выпить со всеми инженеру все же пришлось.

– Господа! Предлагаю выпить за первого охотника, бросившего вызов воздушной стихии, и обязавшегося совершить воздухоплавание, прапорщика Якименко.

 – После этого, тоста произнесённого поручиком Яблонским, от икоты, у прапорщика Якименко даже вино не пошло в горло.

Видя, что загулявшие офицеры запихнули Якименко в корзину, Ляпкин стал возмущаться:

– Господа! Ночью этого сделать никак нельзя. Господа, в конце концов что он увидит во тьме?

– Господа предлагаю выпить за нашу победу! – Шумел князь, вливая полный стакан вина в инженера: – Господин инженер, нам нужно срочно приступить к выполнению поставленной перед нашими войсками задачи, как раз под покровом тьмы, что бы остаться не замеченными.

Вы готовы послужить отчизне!?

– Отчизне? – Переспросил окосевший штатский.

– Именно.

– Готов. – Забыв про недавнее препирательство, ответил инженер Ляпкин.

– Тогда запускайте в небо прапорщика Якименко! – Расставив в стороны руки, как крылья, закричал Владимирский.

– Господа мне плохо. – Послышалась жалобная икота из корзины.

– Господа.

Разрешите мне подняться в небо, вместо прапорщика. Ну господа, для дела. Господин Якименко слегка перебрал, и не годится теперь для разведки. Что с него будет проку. – Видя полную несостоятельность своего младшего товарища, предложил наш герой.

– А подпоручик пожалуй прав. С него больше толку будет в воздухе. Смотрите у прапорщика уже глаза слипаются. – Согласился с Владимирским, ротный Волин.

– На лице князя промелькнуло разочарование, но возможно он вспомнил о похищенной шкатулке, о которой ещё не было речи, и охотно согласился:

– Запускаем Варяга!

Варяг поменялся местами с прапорщиком, предварительно забрав от инженера, большую подзорную трубу.

От корзины спешно отвязывали мешки с песком, бросая их на землю. Затем стали помаленьку отпускать канат и Владимирский почувствовал, как поднимается в небо. Он воспарял все выше и выше к звёздам, пока внизу горящий костёр, не стал совсем маленький.