Русь святая

А что если стены намазать жиром, что бы были скользкие. – Предложил Владимирский.

– Где ж мы столько жира возьмём, господин поручик?

– Отправим казаков по обе стороны перевала к селянам за фуражом и заодно купим жир свиной, или бараний. И потом, мазать можно только между зубцов. Алексей Павлович, я вот здесь намазал бараньим жиром, посмотрите.

Офицеры подошли к стене, где между каменными зубцами блестела каменная кладка. Штабс-капитан попробовал ухватиться за стену, но его пальцы тут же соскользнули.

– А пожалуй, враги так вряд ли заберутся в крепость.

Какое простое решение. – Комендант смотрел на Владимирского с одобрением, с какой смотрит отец на послушного сына: – Владимир Владимирович, я хотел вам сказать. – Штабс-капитан на мгновение запнулся: – Понимаете, вы на столько изменились и я рад, скажу больше горжусь, что вы служите в моем подчинении. Понимаете, я даже сам не заметил как написал о вас в письме своему сынишке. Виданное ли дело, что бы почти одним полком, мы взяли эту крепость. Я уверен, что Господь вам помогает.

4

Двадцатого июля ранним утром, взрыв эхом разорвал тишину сонной крепости. Бил барабан, гарнизон занимал свои боевые позиции. Владимирский поднявшийся на стену, глядел как из-за поворота, во весь опор, мчались к крепости на своих не высоких лошадках казаки, ведя за собой в поводу ещё шесть коней.

– Огонь не открывать! Свои! – Крикнул комендант Волин.

– Кажись все целы. – Облегчённо вздохнул Карача.

– Снизу открыли ворота.

Казаки на полном ходу заскочили в крепость. Через несколько минут, на крепостных стенах появился урядник Трофимов, с сияющей физиономией медного самовара.

– Докладывай их благородию, а то щас в сопатку то дам. – И Карача меняя тон, уже с теплотой в голосе добавил: – Не может без форсу Тимоха.

– Ваша благородие, усе упорядке. Мы за раз схоронились и по тихому, дозор их кинжалами порезали. Один то утечь хотел, дал деру. Палить то нельзя. А ён нам в селе уже лопатки свои кажет. И эн то, так шустро.

– Тимоха. – Сдвинул брови Вахмистр.

– А не чо. Не утёк. – И Тимоха метнул свой кинжал, который воткнулся в ящик, демонстрируя как он остановил беглеца: – Ну думаю щас турка попрёт. И точно. Мы фитили подпалили, всё сладили как по Писанию. Жалость, одна часть скалы все равно не свалилась.

– Так, турок то много побило? – Лицо Волина говорило о его внутреннем сосредоточении.

– Человеков двадцать задавило на смерть. И раненных не менее.