Русь святая

Апосля выдумывает десятки причин для своего оправдания, и множество объяснений, почему болезный умер.

После слов отца Николая, на лице капитана Сивухи мелькнуло раздражение, и сразу исчезло. Он поднялся из-за стола и бросив на стул полотенце, сухо произнёс:

– Благодарю господа за прекрасное угощение, хотя беседу приятной не назовёшь. Честь имею.

– Пожалуй и я с вами господин капитан. Предлагаю спуститься в село. – Поспешил за капитаном князь.

– Господа только не верхом. Вам ещё рано. – Предостерёг доктор.

– Валерий Сергеевич, вам ещё вредно ехать в экипаже. Вас может растрясти. – Пыталась остановить князя Хващинская.

– Боитесь оставить меня без присмотра? – Натягивая перчатки спросил князь.

– Вы. Вы ещё не полностью здоровы.

– Ну что же мадемуазель. – И князь закашлялся: – Предлагаю вам сопровождать нас с капитаном, что бы вы в критический момент, могли проявить своё милосердие. – Хващинская от такого сарказма покраснела и молча стояла рядом с Лопухиным, возможно ожидая его извинения.

Князь же продолжил как ни в чем ни бывало: – Ну же, возьмите с собой сиделку для капитана.

– Нет, нет. Господа я вас все таки попрошу отбыть одних, с позволения Бориса Ивановича. У нас все таки долг, вернуться к больными. – Произнеся эти слова, Вера Ильинична преданно посмотрела на подполковника.

– Что же вы Вера Ильинична, считаете нас совсем выздоровевшими? – Спросил Сивуха, видимо желая для развлечения прихватить с собой девушек.

– Мадемуазель Хващинская и мадемуазель Троекурова, может сопровождать наших больных в долину, с вашего соизволения Вера Ильинешна.

 – Разрешил ситуацию доктор: – Отправляйтесь и вы Владимир Владимирович, вам тоже необходим отдых. Вы все ранения перенесли на ногах.

Владимирский, в своём штопанном от осколочных и пулевых пробоин мундире, с чёрной повязкой на глазу, для того, что бы не травмировать девушек своим ещё страшным шрамом, ответил:

– Благодарю вас Борис Иванович, однако служба. Мне с фельдъегерем пришла депеша от полковника Яковлева.

Наш генерал лейтенант Иосиф Владимирович, завладел Шипкинским перевалом и перевалив через Балканы, открыл себе путь на Константинополь.

– Неужели наши войска двинуться на Константинополь? – Удивлённо спросил Розенштраух.

– Батюшка, а вы что думаете по этому поводу? – Спросил комендант Владимирский.

– Ой не знаю господа. Говорят что наш передовой отряд уж занял Эски-Загру. Только сил маловато, у отца нашего Иосифа Владимировича.