Личный враг Геринга

Степняк гнал воздух, словно разогретый в печи, наполненный множеством запахов, в котором преобладали бензин и полынь. К привычному фону аэродромных звуков и далекому гулу фронтовых разрывов примешивались стрекот цикад, кваканье лягушек и ржание лошадей.

Первая эскадрилья вернулась в полном составе. Механики крутились у самолетов, вымотанные летчики ушли на командный пункт. Бессонов проводил их взглядом. Его опять не взяли…

– Сегодня ночуете в капонире, – без «здрасте» и «как дела» заявил Мыртов, подойдя к самолету, где Бессонов с Хреновым грузили боеприпасы.

 – И постарайтесь не мелькать на аэродроме…

– С чего это вдруг? – все-таки решил возразить старшина.

– Не вдруг, Хренов, поверь на слово. Потом объясню, – сказал Мыртов и направился в сторону столовой.

– Вот же холера. Как тихо подкрался! И вообще какой-то он странный сегодня, – сказал Бессонов, глядя вслед удаляющемуся оперативнику.

После ужина, когда стемнело, хотели сходить за постелью, но невесть откуда взявшийся часовой из подручных Мыртова их не пустил.

Пришлось послать механика, тот принес пару матрасов, раскинув которые прямо под крылом командирского «Яка», уставшие за день как собаки, два приятеля забылись беспокойным сном.

Разбудили два глухих разрыва и беспорядочная стрельба. Выскочили из капонира. Кругом механики, бойцы из батальона обеспечения. Все бегут к их землянке.

– Часового зарезали, – послышалось в толпе.

Из дверного проема землянки валил густой дым. Дверь, вывороченная с мясом, валялась метрах в трех.

На земле лежали два незнакомца. На спине одного сидел боец и вязал ему руки за спиной. Второй в неестественной позе лежал неподвижно. Похоже, готов. Над ним колдовал Мыртов. Перевернул на спину, снял ремень и стал выворачивать карманы. Стянул сапоги. Все содержимое выкладывал на расстеленную рядом плащ-палатку.

Бессонов остановил взгляд на финке. Хороша. В умелых руках – грозное оружие, особенно против спящих. Невольно передернул плечами. Боец из комендантского взвода принес и положил две переметные сумки.

Двух красавцев-жеребцов под седлами держал в поводу другой боец. На таких конях уйдут – ищи ветра в поле.

– Пал Григорьевич, как ни крути, но получается, Мыртов нас спас, – тихо проговорил старшина, заглядывая через дверной проем в землянку.

– Похоже… Тут живого места не осталось…

Мыртов оглянулся:

– Всем отойти! Ничего руками не трогать! А вам, – он взглянул на Бессонова, – из капонира ни на шаг. Потом поговорим.