Ленинградский меридиан

Готовьтесь сдать батальон своему заместителю и отправиться в полк на должность начштаба.

– А как же майор Ерофеев? Что с ним случилось? – удивился Петров.

– Я назначил его на место подполковника Семичастного, отстраненного за неполное служебное соответствие… – не вдаваясь в подробности, пояснил Рокоссовский.

– Товарищ генерал, разрешите остаться на батальоне. Штабная работа не по мне, – попросил генерала Петров, чем вызвал у него недоумение.

– Почему у вас такое неправильное понятие о штабных работниках? По-вашему, там сидят одни бездельники и люди, не способные руководить войсками.

Так?

– Никак нет, товарищ генерал. Штаб – это важный командный орган, призванный проводить всестороннее управление войсками, под руководством которого они должны громить врага и одерживать победу, – браво, как на экзамене, отрапортовал Петров.

– Что вы закончили? Какое у вас военное образование?

Для участника Гражданской войны комбат был молод и, значит, свои университеты явно проходил в мирное время.

– Только Академию имени товарища Фрунзе, – глядя мимо плеча Рокоссовского, доложил капитан.

– Так какого черта вы мне тут балаган в отношении штабной работы развели! Постыдитесь, товарищ капитан, – обиделся на собеседника Константин Константинович.

– Потому что хорошо знаю штаб нашего полка, товарищ генерал, – честно признался генералу Петров. – Спасибо за доброе слово, но всем будет лучше, если я останусь в батальоне.

Комбат тонко намекал генералу на толстые обстоятельства, но Рокоссовский был неумолим.

– Как представитель Ставки Верховного Главнокомандования я приказываю вам немедленно сдать дела и отправиться вместе со мной в штаб полка. А в отношении ваших опасений можете быть спокойным. Я здесь у вас буду долго. Все ясно? Вот и прекрасно, выполняйте приказ.

Все, что осталось за скобками этого разговора, очень быстро прояснилось в штабе полка, куда Рокоссовский специально заехал, чтобы объявить свое решение.

Там уже был дивизионный особист майор госбезопасности Грушницкий, приехавший расследовать инцидент с Семичастным. Когда Рокоссовский упомянул имя комбата Петрова, он чуть было не подпрыгнул со стула.

– О ком вы говорите, товарищ генерал-лейтенант? – озабоченно спросил Рокоссовского особист голосом человека, желающего уберечь начальство от непоправимой ошибки. – Капитан Петров груб, заносчив и к тому же ещё и трус.