Нелегал

Найдя в толпе знакомого, он несколько раз подходил к нему, спрашивал то да се, и ни разу не был узнан. Под конец он прямо спросил, не ищет ли тот трактат об элементалях.

– Да, именно его и ищу, – обрадовался тот, – мне должны были как раз его принести, да вот не пришел знакомый почему-то.

Тирр продал ему книгу и отправился домой. На следующий день отыскал своего покупателя в Магике.

– Прости, что не пришел вчера, искал трактат да так и не нашел. Видимо, его у меня украли.

– Так и есть.

Ты не поверишь, – ухмыльнулся знакомый, – но вчера на площади ко мне подошел какой-то тип и продал этот трактат, даже немного дешевле, чем ты обещал. Видимо, это и есть вор.

– А как он выглядел? – быстро спросил Тирр.

Приятель почесал затылок:

– Да как-то не запомнил я лица. Обычный илитиири, ничего особенного, никаких примет. А ты в следующий раз не будь разиней – не обворуют.

«Знал бы ты, кто из нас двоих разиня», – мысленно хихикнул тогда маг.

И вот теперь ему остается лишь уповать на то, что заклинание будет оказывать на людей этого мира такое же воздействие, какое оказывало дома на эльфов, илитиири и прочих.

В самом деле, людишки горят одинаково что тут, что там, так отчего другие заклинания должны перестать работать?

Тирр встал у большого зеркала в прихожей, держа в левой руке баночку с волшебной мазью, откинул волосы со лба, макнул палец в мазь и начал чертить на лбу руну, шепча тихо заклинание. Мазь почти мгновенно высохла, впитывая в себя искусное чародейство и прилипая к коже.

Он улыбнулся своему отражению: настоящий маг с недюжинным умом нигде не пропадет. Даже в чужом мире.

* * *

Калитка тихо скрипнула, выпустив Тирра на улицу. Оглянувшись по сторонам, маг убедился, что вокруг никого нет, и начертил на ней запирающую руну, затем, чуть подумав, добавил руну-метку: в неисследованном месте и заблудиться можно.

Улица поражала своей непривычностью. Тирр привык к подземным городам, с планировкой как горизонтальной, так и вертикальной.

Здесь же – до предела приземленный, плоский город, все дома по обе стороны неширокой улочки – от одного до трех этажей, не больше. Местами ослепительно светятся окна, но в целом терпимо, если не смотреть на них.

Само пространство между двумя рядами домов тоже оказалось необычным. Под ногами – шершавый черный камень, но цельный. Словно весь город выстроен на одном-единственном плоском камне.