«Зверобои» штурмуют Берлин. От Зееловских высот до Рейхстага

В один из дней Чистяков вместе с Глущенко и заместителем командира полка Григорием Ивановичем Фоминым, с которым воевал вместе с сорок третьего года, отправился на рекогносцировку к городу Кюстрин, возле которого временно затормозилось наступление наших войск.

Кюстрин, расположенный в месте слияния рек Одер и Варта, был одной из старейших крепостей Германии. Хотя время и многочисленные войны частично разрушили укрепления, но к сорок пятому году в Кюстрине были возведены новые бетонные форты, множество дотов, подземные убежища, усилена артиллерийская защита.

В Кюстрине сходились семь веток железных дорог, пролегала шоссейная дорога «рейхсштрассе № 1» на Берлин. Гарнизон города-крепости составлял 17 тысяч солдат и офицеров.

Комендантом был назначен генерал-лейтенант войск СС Фридрих Рейнефарт, отличившийся особой жестокостью при подавлении Варшавского восстания. Его боялись и подчиненные, зная, что за отступление без приказа генерал-эсэсовец виновных не щадит.

К концу февраля Кюстрин находился в полукольце окружения.

Бои на разных участках продолжались, но генеральное наступление еще предстояло. Наблюдая за городом в бинокль, Чистяков убеждался, что бои на этом участке будут жестокими.

На берегу реки стояли несколько сгоревших танков, валялись обломки понтонов, торчали остовы сгоревших грузовиков. Из крепости время от времени летели снаряды в сторону обнаруженных артиллерийских наблюдателей и гаубичных батарей, расположенных в лесу и оврагах.

Заметили и самоходчиков.

Тяжелый снаряд взорвался метрах в семидесяти. Под ногами ощутимо вздрогнула земля. Решили переждать обстрел в траншее, которых было вырыто на берегу достаточно. Закурили, присев на утоптанный снег.

Юрий Назарович Глущенко получил несколько дней назад майорское звание. По штату командирам батарей тяжелых самоходных установок эти звания были предусмотрены давно. Но из-за нехватки машин батареи состояли обычно из трех-четырех самоходок. Майорские звездочки большинству комбатов не светили – слишком малочисленные подразделения.

Когда полки увеличили до двадцати одной машины, а батареи до пяти самоходок, наиболее опытным комбатам стали присваивать «майора».

Снаряды рвались где-то правее. Пользуясь передышкой, Фомин подмигнул Глущенко:

– Майора получил, а обмыть не догадался.

– Вчера обмывали.

– Не знаю. Меня не было.

– Ну, обмоем еще раз.

Глущенко достал из планшета плоскую трофейную фляжку на пятьсот граммов, встряхнул ее.