Очень хочется жить!

Я выругался на себя, что не подумал об этом заранее и не придумал чего-то получше, чем бутылка балийской самогонки. После подаренных Боном ножей бутылка и так казалась смешной. А дарить её правоверному мусульманину, который не нарушает заповедей пророка по части еды, было даже немного оскорбительно.

Замяв неловкую ситуацию, мы поужинали и поднялись с вещами в комнату. Я забрал из машины ноутбук. Почему-то я думал, что у меня получится ещё и поработать после долгой поездки. Какой-то срочной необходимости для этого не было, скорее это была автоматическая мысль, что надо бы и поработать после дня безделья.

Комната, которую для нас выделил Бон, была довольно холодной. Я ни разу не видел обогревателей в Индонезии, но в этой комнате он бы не помешал. В горах бывает прохладно, температура опускается до 15 градусов, что непривычно после жизни в +30. Не добавил тепла и душ без горячей воды. Впрочем, хорошо, что это был душ, а не привычная для большинства индонезийцев бочка с ковшиком для омывания тела.

Войдя в комнату, Виталик первым делом открыл ноутбук и зашёл в рабочие чаты.

– Не отпускает работа? Сейчас же новогодние праздники.

– Это у тебя праздники, в Британии все праздники уже отгуляли, и у меня все коллеги уже вышли на работу. Минусы удалённого графика работы, очень хочется жить, но полноценного отключения от работы не происходит. Она всегда где-то фоном в голове.

Виталик работал в британской IT-компании и смог приехать в Индонезию, не уходя в отпуск. По сути, среди рабочей недели он должен был отправиться на весь день в джунгли и попробовать там кого-то убить, чтобы ощутить вкус жизни.

Спасала его в таком графике разница в часовых поясах, позволявшая ему работать уже сильно вечером по местному времени. Каждый день, весь день перед началом работы он крутил в голове те дела, которые должен сделать, и не мог в полной мере насладиться тем, что его окружало.

Посочувствовав Виталику, но не слишком сильно, я принял холодный душ и расстелил кровать.

Засыпая, мы обсуждали завтрашний день. Всё, что окружало нас, было для нас новым и интересным. Однако в этом большом деревенском доме, при всей непохожести самого дома и его жителей на тот мир, из которого пришли мы, я всё же наталкивался на мысли о его сходстве с теми домами, что стоят где-нибудь в русской деревне. Такие же люди, такие же у них мысли, такие же бытовые проблемы. Гостеприимство и открытость наших хозяев рождали чувство, схожее с ощущением дома.