Очень хочется жить!

Так как это довольно умные животные, которые должны будут стремиться избежать встречи с нами, у нас может быть только одна попытка. Говоря это, Бон завёл нас в длинный зал с импровизированной мишенью слева и столом с телескопом справа. Помещение было как будто выведено из эксплуатации (или ещё не введено), хотя видно, что мишенью здесь активно пользовались и до нас.

– Я тренирую здесь молодёжь, кто-то должен научить местных парней держать ружьё в руках и стрелять из лука. Со временем я хочу трансформировать этот дом в учебный центр для детей со всей Индонезии, где они могли бы получать хорошее образование, не хуже зарубежного, и получать вместе с этим военную выправку.

Дети должны расти с ощущением гордости за свою нацию, это невозможно, когда хорошее образование ты можешь получить только за границей. Мы с тобой ещё обсудим это, Влад.

Кадетский корпус в Индонезии, прикольно. Интересно, как в индонезийской армии выражается дедовщина? – подумал я.

Виталик занялся пристрелкой ружей.

Держа в одной руке сигарету, в другой спусковой крючок, он медленно спускал затвор, проверяя после каждого выстрела, куда он попал, через подзорную трубу. Оружие было зафиксировано довольно жёстко, поэтому прощало небольшую небрежность. После того как мы пристреляли предатор, Бон вручил нам два лука с металлическими стрелами.

– Охотиться со стрелами – это честно, шансы животного выше, ты не можешь быстро сделать несколько выстрелов подряд или выдать очередь. Тут ты наедине со своим мастерством и животным.

В такой честной борьбе убить животное и не грех. Ты всегда должен давать шанс животному, иначе это будет просто убийство, а не охота.

Стрелы часто проходили мишень насквозь, иногда вонзались в стену за ней. «Я бы точно не хотел, чтобы в меня охотились стрелами, таким выстрелом сразу и не убьёшь, и стрела остаётся в теле, калеча его. Нет, охота из лука это уж слишком». Это и многие другие оправдания придумал я себе, чтобы охотиться с ружьём, а не луком, после того как понял, что навыки моей стрельбы далеки от идеальных.

Какое-то время до этого я думал, что среди моих предков могли быть татаро-монголы. Так я объяснял себе свою смуглую кожу. Постреляв из боевого лука, я понял, что тёмная кожа у меня явно не от Чингисхана.

Виталик клал стрелу за стрелой в центр мишени, и это немного задевало моё чувство самолюбия хорошего стрелка.

– Вам надо потренироваться стрелять, кабана будет довольно сложно убить.