Редко лошади плачут. Повести и рассказы

 – Потом еще придешь…

Мы вышли. Хозяйка посмотрела нам вслед и захлопнула дверь.

На улице было темно, снег скрипел у нас под ногами так громко, что где-то поблизости залаяла собака. Толик брел впереди, засунув руки в карманы телогрейки и покачиваясь. Я никак не мог сообразить, где находится мой дом, – знал, что где-то рядом, но отыскать в темноте не мог.

Толик остановился.

– Запутался, – сказал я, подходя к нему.

– Вот твоя калитка, – и хлопнул по калитке рукой. Потом слегка замялся. – Слушай, Жень… Меня хозяйка так поздно не пустит, я ее знаю…

– Ну так пошли ко мне.

Свет в доме был потушен, выключателя я не нашел, и мы долго тыкались в темных сенях во все углы, пока не нащупали дверь. Я открыл ее, шагнул – и загремел вниз по крутой лестнице. Какая-то туша шевельнулась в темноте и тяжко захрипела, во влажном воздухе стоял запах помойки.

– Тьфу ты!.. – выругался сзади Толик. – Не туда. Это поросенок.

Мы вернулись в сени, отыскали другую дверь и, потихоньку пройдя через кухню, где пыхтела за печкой во сне тетя Настя, вошли в мою комнату.

– Ну чего, ты сюда ложись. – Я кивнул на кровать.

– Да брось ты… – Толик снял сапоги и полез под покрывало. – Залазь, места всем хватит…

Он повернулся к стене и почти сразу захрапел.

– Вставай, молодой человек, пора уж!..

Я открыл глаза. Было уже светло, и я испугался: проспал!

В приоткрытую дверь заглядывала тетя Настя.

– А-а-ай! – ужаснулась она вдруг. – Девка! Мать честная – девка!

Я ошалело посмотрел по сторонам, но девки нигде не увидел.

– Ох, караул! – Тетя Настя нацелилась в мою сторону пальцем. – Привел – таки девку, кобелище! А я смотрю: штой-то мне рожа твоя плутовская не нравится? А он девку привел!..

– Какую девку?

– А вона! Вона девка-то лежит! – торжественно произнесла тетя Настя, указывая пальцем на Толика. Он во сне натянул покрывало на голову, и оттуда выбивались его черные спутанные волосы.

– Какая ж это девка… – Я толкнул Толика в плечо. – Эй, покажись.

Он высунул заспанное лицо.

– О-о-ой! – зашлась хозяйка, к моему недоумению, еще сильнее. – И-их, батюшки! Вон он кого привел – лохматого этого – ах ты, бес! Ну караул! А говорила я тебе – не води! А он привел!..

Она потопталась на месте, не находя слов, потом метнулась в кухню и захлопнула дверь.

– Сматываемся, – сказал Толик, выбираясь из-под покрывала.

Мы поскорее надели сапоги и выскочили на улицу.

– И не приходи сюда больше! – кричала в кухне тетя Настя.