Агарта

Этот город Никита выбрал не только из-за названия. Он напомнил ему один уютный городок, который «запал в душу» в поездке по Австрии. Когда учитель показывал видеограмму города, Никита вначале не ощутил ничего необычного. Его новые глаза еще не привыкли к новому пространству. У новых глаз был другой спектр видения. Только через некоторое время он стал различать непохожесть миров. Увидел, понял и почувствовал массу различий. В первую очередь мягкая, приятная глазу, красочность пространства. Его это особо порадовало, так как он с детства любил все гармоничное и приятное взору.

Никиту поразила необычайная структура города. Расположение улиц шло по пологой спирали вокруг горы, местность постепенно повышалась. На каждом витке – свой красочный мир: парки, водоемы, дома. Вдоль улиц-спиралей – деревья, цветы. Город-парк. Дома – одноэтажные, иногда – двухэтажные. В каждом доме проживало по нескольку человек или одна семья.

Ему очень понравились люди. Они, встречаясь на улицах, улыбались друг другу. Сразу возникала взаимная приязнь, и начинался обмен дружеской энергией.

Улыбками встречали и знакомых, и незнакомых людей. Так в городе проходило неощутимое, ненавязчивое обучение жизни в гармоничных энергиях нового пространства. Проживая на Земле, Никита не привык улыбаться. Его работа в прокуратуре и тяжелое экономическое положение горожан не располагали к этому. Чтобы не выделяться, он тоже стал улыбаться при виде людей, и ему это понравилось.

В РЦ Никите объяснили разницу между физическим четырехмерным миром, в котором он жил ранее, и тонкоматериальным пятимерным, в котором оказался.

Четвертое измерение основывалось на четырех мерах. Обычно это три меры пространства (длина, ширина и высота) и мера времени. Время, как правило, линейное, состоящее из прошлого, настоящего и будущего. Пятое измерение – это множество миров, существование которых основывается на пяти мерах. Чаще всего – это три пространственные меры (длина, ширина и высота), одна мера времени и одна мера особого эфира. И вот эта мера особого эфира все меняла.

Воздух здесь был очень вкусный. Дышишь и ешь! Как в предгорье. Иногда он напоминал воздух на крымском побережье, когда раскрываются легкие и ты не можешь надышаться. Только в этом городе примешивалось еще что-то, невыразимо сладостное…

По прошествии некоторого времени и приобретения опыта жизни в новых условиях он понял, что этот таинственный компонент – любовь.

Еще Огаркова поразила вода. Она была здесь совершенно иная.