Кротовая нора. Иронические рассказы

– Ну уж, это знаете ли…, – задохнулся служитель культа, – вообще ни в какие ворота. Буду сейчас охрану вызывать.

– Не надо, – вдруг сказала послушница и подняла глаза.

Это были оазисы на фоне желтой пустыни лица, из которых хотелось напиться. В них плескались голубая вода и прозрачное небо одновременно, а, главное, они были живые, осмысленные и даже несколько ироничные.

Вот тебе и послушница, еще не успела иссохнуть. Недаром меня сюда принесло.

– Почему не надо? – изумился келарь. Или кто он там был. – Что, понравился? Я всегда говорил, что тебя и в трудницы нельзя было брать, не то что в послушницы.

Бесстыдница. Я тебе еще прогулки под луной с Борей Бочкиным из пекарни припомню. Все расскажу о твоих похождениях матушке-настоятельнице, она тебя высечет и в кладовку запрет.

– Рассказывай, отец Василий! – вспылила Мария и больше не оставалось в ее глазах ни капли послушания и отрешения, цвет лица ее преобразился, стал закатным. – Надоели вы мне все пуще горькой редьки, уйду от вас!

Кажется, она слегка подмигнула келарю.

А он ей в ответ. Или показалось? Точно показалось, так как Мария продолжила свою гневную речь:

– Ты сам, ключник, старый развратник, видала я, как ты на Троицу, с двумя сестрами на кухне заперся, а на Благовещение с семинаристом в сарае. Он потом себе смартфон, прости господи, купил. А еще, отец Василий, ты портвейн молдавский пьешь без меры, а затем недозволительные речи со служками ведешь. Знаем мы вас, вольнодумцев.

– Что?!

– А то, – зло засмеялась послушница.

 – Тебя и твоих дружков бородатых, давно пора в органы сдать. И с кем я связалась, подумать только! Но вот он, – девушка указала на меня пучком травы, – мне глаза открыл. -Всё, пропадите вы пропадом со своими молебнами, ночными бдениями, постами, воздержаниями и прочей чепухой. Надоело! Жить хочу полной грудью. Спать с мужиками и рожать детей!

Я слушал и не верил своим ушам. Не может быть! Неужели это я подтолкнул красавицу к бунту? Неужто и она в меня с первого взгляда влюбилась? А почему бы нет? – влюбиться, все равно что из колодца напиться, не проблема.

Правда, потом похмелье, как от паленой водки, может замучить.

Но все же придержал свою радость – видимо, у нее давно назревало, а я просто вовремя подвернулся, проколол ее терпение, словно воздушный шарик иголкой. Что ж, бывает.

Мария выбралась из-за прилавка, сдернула с головы мышиный платок. Боже, какие у нее оказались шикарные волосы – пышные, пшеничные, в серебряных перышках.