Из дневника Василия Трубкина, человека во всех отношениях порядочного и честного

– Живот разболелся, – сказала без доли стеснения Маргарита, – Второй день поносом мучаюсь, наверное, сметаны несвежей поела.

Полицейский учтиво закашлялся, казаки его поддержали. Я поморщился – мне совсем не хотелось знать о желудочно-кишечных проблемах Маргариты, если в женщине нет загадки, она тебе не интересна. Поторопился я с полицией, правильно говорила моя бабушка: кто поторопится, тот утопится. Грубо, но верно.

– И что же будем делать? – почесал под фуражкой Пуаро.

 – Оплатим ложный вызов или пройдем в отделение?

Да, ситуация. Из заднего кармана брюк достал две тысячи. Полицейский поморщился, но взял, махнул рукой своим помощникам – пошли.

Я устало опустился на скамейку, история переставала мне нравится. Как-то все не так. Но и с Маргаритой расставаться не хотелось. А она уже снова залезла в мой компьютер, распоряжалась им, как своим.

– Расскажите мне о себе, – вдруг попросила она.

Она знала куда надавить, психолог. Минут двадцать, без остановки я распинался ей о путешествиях в дальние страны и самых невероятных приключениях, происходивших там со мной. Она слушала внимательно, потом вдруг перебила:

– Мороженого хочу, клубничного.

Меня словно электричеством прошибло. Если честно, я этого ожидал, но не думал, что будет наверняка. Стало интересно.

Пошел к ларьку, через несколько секунд обернулся. Она помахала мне ручкой.

Возле передвижного киоска, заказывая мороженое, я лишь ненадолго потерял её из виду, а когда взглянул на дорожку, Маргариты на скамейке уже не было.

– У нее опять понос? – спросил я у продавщицы.

– В каком смысле? – не поняла она.

– А в том, что только засранки мне в жизни не хватало.

Я просидел на лавочке минут двадцать, потом быстрым шагом направился к сортиру. Из дверей желтого заведения вышли пожилые дамы в бриджах, кажется, иностранки.

– Девушку в белом платье не видели? – в отчаянии спросил я. – У нее расстройство из-за сметаны.

Дамы от неожиданности отскочили в сторону, посмотрели на меня, как на полоумного и боком, кустами заспешили прочь. Тогда я, сделав несколько глубоких вдохов, решительно вошел в женский туалет. Внутри было свежо и пусто. Гулко капала вода из крана. Все кабинки открыты, но никого в них не наблюдалось.