Глухово 2022. Иммерсивный гид и краеведческо-туристическая игра

Создание Богородского предприятия

Морозовы многое делали странно, в разрез с современными представлениями о жизни и деятельности успешных предпринимателей. Их можно счесть чудаками. Но без чудаков – не было бы и русского экономического чуда.

Савва Великий, потратив молодость на приобретение умений и навыков по ткачеству, в 27 лет женился на дочери красильщика и завёл своё дело. Жена в приданое принесла секреты отделки материала, помещик подарил на свадьбу 5 рублей, а дальше надо было раскручиваться самому.

Глупость с обывательской точки зрения. Бесправный крепостной, да ещё и старовер, обречен был работать «на дядю» т.е. помещика, который в любой момент вправе был распоряжаться не только судьбой своего холопа, но и его собственностью. Правда, Савва начал бизнес в удачное время – короткое правление Павла Первого, поссорившегося с Англией и закрывшего российский рынок для их товаров. Надо полагать, этим обстоятельством воспользовался молодой предприниматель с выгодой. Но что толку с капитала, если «контрольный пакет» в руках хозяина?

Выкупился же на волю Савва лишь в возрасте 53-х лет.

Но момент выбрал благоприятный.

С принятием протекционистского тарифа 1822 года, отечественный бизнес стал расти, как на дрожжах. В 1823 году бывший крепостной приобрел земли бывшего помещика и развернул на них строительство фабрик. Дела, однако, вёл своеобразно. Ему было за 60, когда владелец фабрик в Никольском и Москве, открыв с сыном Захаром в уездном городе Богородске красильню и раздаточную контору стал, образно говоря, «выращивать» конкурентов, обеспечивая ткачей-надомников сырьём и сбывая их товар.

Зачем? Кто его знает. Может, из альтруистических соображений, вспомнив собственную нелегкую жизнь крепостного. А может из выгоды. В Англии разразился кризис, обрушивший цены на текстильное сырьё. Дешёвые хлопчатобумажные ткани стали доступными для крестьян. Рынок рос и жаждал скорейшего насыщения. Главное побольше и ценой подешевле. А что может быть дешевле труда ткача-надомника? Только машинное ткачество. Но англичане, монополисты в производстве оборудования, не разрешали экспорт ткацких и прядильных станков. В 1842 году разрешили. Как раз тогда, когда Савва передал богородское предприятие сыну Захару.

Тоже не лучший шаг с точки зрения представлений о предпринимательстве. Из английских романов знаем, что бизнес дети должны получать в наследство, а не от здравствующего родителя. Иначе никакого детективного сюжета не получится.