Безликий. Возрождение

Спустя пару секунд порог переступила личность, не так давно наблюдаемая мною на показательном показе врагов, устроенном Тенью. Палач собственной персоной, пока еще живой! Искренне надеюсь, что это недоразумение будет исправлено в самом скором времени.

Ну давай, скотина ты моя разлюбезная, сделай еще один ма-ахонький шажок внутрь комнаты! Надо же тебе воочию удостовериться в целости и сохранности столь ценного имущества. Не холуев же посылать, они наверняка в высоких материях не в зуб ногой. Нет, гадом буду, но интуиция у него развита неплохо, чует какую-то бяку, вот только обосновать не может.

Как выражался один известный классик, «на его лице отражалось нешуточное борение». Или же можно выразиться гораздо более приземленно: «И хочется и колется!» – размышлял зоофил, поглядывая на спешащего по своим делам ежика. Нет, со мной так всегда, только лишь наступает самый напряженный момент – в голову сразу лезут абсолютно неуместные мысли, до предела насыщенные черно-похабным юмором.

Есть!!! Я ж тебе почетную медаль выдам в два пуда весом. К ногам и в речку! Объект моего пристального внимания все же решился сделать столь необходимый мне шаг. И жадность фраера сгубила. Ну, пока еще не сгубила, но неприятностей доставила ой как немало. Телохранитель Палача конечно же не обратил ни малейшего внимания на каменную горгулью со злобно оскаленной пастью, распростершую крылья над дверью. И хорошо, что не обратил. Теперь она беззвучно рухнула вниз, накрыв своим массивным каменным телом избранную мной жертву и вцепившись в нее мертвой хваткой не хуже бульдога и пираньи в одном флаконе.

Я говорю «она», хотя вряд ли можно применить это слово к куску камня, лишь с помощью магии превращенного в своего рода голем на ничтожный промежуток времени.

– Добей! – заорал Тень, в чьем вопле причудливо смешались радость от удачно проведенной каверзы и опасение, что Палач все же сумеет оправиться от этого удара.

Ну, это он напрасно.

Даже если магический щит и помог Палачу выжить, то долго ему придется освобождаться от вцепившейся в организм всеми когтями и зубами горгульи. Мало того, сделав свое благое дело, статуя вновь превратилась в безжизненную каменную глыбу. Так что я предпочел загнать пару пуль в не слишком сообразительную голову телохранителя, который не придумал ничего лучшего, чем опустошить магазин «Штейера», выбрав в качестве мишени многострадальную статую горгульи.