Лисичкин хвост

Опустившись на противоположную скамью у конуна с горящими свечами, Никодим слегка наклонился вперед, давая понять, что слушает архимандрита внимательно.

– Как видишь, скрутило меня в очередной раз, – начал преподобный. – Думаю, уж не выберусь.

– Ты и весной так говорил, – возразил Никодим. – Но Бог тебя не оставил и теперича не бросит.

– Поглядим, – кротко ответил настоятель. – Ты, Никодимушка, бери оборону обители и святой нашей православной веры в свои руки. Тебе даю полную власть.…Временную.

Ежели помру, отца Иосифа обратно из слободы не зовите. Сами решайте, кому доверить монастырь.

В моленную вошли казначей Гаронтий, инок Макарий, сотник стрелецкого «добровольного» полка Афанасий Ильин. Архимандрит повторил им все то, что сказал Никодиму. Гаронтий поморщился, видно, он надеялся стать «головой» монастыря на время болезни настоятеля. И казначей не удержался:

– Да куда ему, Никодиму, справиться со столь сложной задачей! Как пушки расставлять он знает, а как подвигнуть народ на духовный подвиг, да накормить его хлебом, ему не по силам.

К тому же, на этот раз Волков привел огромное войско, не устоять нам, ежели обитель возглавит Никодим.

– Врешь! – в гневе крикнул летописец. – Это ты от зависти, Гаронтий, на меня напраслину наводишь. Знаю, куда метишь, но не бывать тому, потому как ты никчемный человечишко.

– А ты…

– Ну, полноте вам, – опять вполне твердым голосом прервал недостойную для монастыря свару настоятель.

 – Что вы как кошка с собакой…. Опомнитесь.

Но Никодим разошелся. В его душе сверкали молнии. И он, еще не осознавая что говорит, выпалил:

– Я знаю, в отличие от пустослова Гаронтия, как остановить Волкова! Более того, без единого выстрела. Он уйдет с войском и больше никогда сюда не вернется.

– Это как же, всенощной молитвой? – съехидничал Гаронтий.

Настоятель приподнялся на локтях:

– Что ты говоришь, Никодимушка, как же это без единого выстрела?

– А вот так!

Летописец сам удивлялся себе.

Будто какой-то другой человек изнутри говорил за него:

– Мне нужно встретиться со стряпчим Волковым. Поговорить с ним с глазу на глаз.

– И все? – удивился сотник Афанасий Ильин. – Так это мы мигом устроим.

– Я еще своего слова не сказал. – Архимандрит вновь опустился на лавку, помолчал. – Что же ты стряпчему поведаешь, Никодимушка?

– Это тайна, – ответил тот и вновь получил усмешку от Гаронтия.