Ликвидатор

Но все равно придется взять паузу хотя бы для того, чтобы воспользоваться наработанными за последние годы связями. Не для себя нынешнего, а для начальной раскрутки своей новой личности, которая будет иметь итальянское происхождение. А выполняемые заказы на устранение неугодных мафии персон за пределами Италии помогут сделать имя. Только после этого появится реальная возможность влиться в состав одной из мафиозных группировок.

Сложно? Отрицать не буду. Но только так, при помощи глубокого внедрения, у меня появится реальный шанс добраться до тех людей, которые мне задолжали… свои жизни.

Что до крови и смертей, которыми будет декорирован путь – приемлемая цена, которую я охотно готов уплатить. Без сомнений и колебаний.

Глава 1

Ницца, Франция, полтора года спустя

Некоторые люди совсем разучились принимать необходимые меры безопасности. И это при том, что дела, которыми они занимаются, как бы это помягче сказать, далеки от законопослушных.

Они реально считают, что если не угрожает полиция и вообще власти, с которыми у них все хорошо, то ничего в принципе угрожать не может. Ну да, конечно. Расслабились, обленились, обнаглели. Для меня оно и лучше.

Очередной целью, на которую я получил заказ, был Энвер Бериш – видная персона среди албанской диаспоры во Франции, только не явная, а тайная. Ну еще бы, ведь основными его занятиями были: торговля наркотой, которая шла из Турции в Албанию, а уже оттуда с курьерами ползла через всю Европу, распределяясь по «паутинным нитям», оседая у каждого координатора, отвечающего за свой сектор; курирование сети борделей для местных и переправка в исламские регионы дурочек из числа решивших подзаработать в «модельных агентствах», а на деле оказывающихся живым товаров; присмотр за торговлей органами, которые самолетами поступали с Балкан.

Теоретически считалось, что деятельность «черных трансплантологов» прикрыли после разразившихся в начале века громких скандалов. Но на деле… они просто ушли в тень и более щедро стали делиться с властями. В том числе и французскими, которые молились на политкорректность и дружбу народов, словно на Святой Грааль и Копье Лонгиния, вместе взятые.

В том числе и поэтому как сам Энвер Бериш, так и его помощники, приближенные и рядовые боевики чувствовали себя вольготнее некуда.