Стальная корона

И у нее уже есть дочь, Мария, доказывающая, что она не бесплодна, что у нее могут быть и другие дети. К тому же она замужем за независимым правителем, пусть и зависимым от нас.

– Потерявший почти всю свою власть изгнанник, зацепившийся за последний клочок некогда принадлежавших ему владений, – презрительно фыркнул Василий. – Он неудачник, проигравший. Орудие в моих руках, озлобленное и пораженное страхом, словно железо ржавчиной.

– Но даже он, базилевс, оказывается более достойным, чем ваш брат. К тому же, случись что, ему уготована не власть, а лишь положение мужа императрицы.

Такое случалось. А его соплеменники могут стать отдельными отрядами, преданными престолу хотя бы из-за своей чуждости византийскому двору. У них не будет связей, не будет покровителей, кроме самой императрицы. Императрицы Анны или же ее еще нерожденного сына. Когда-нибудь потом. Лет через тридцать – сорок, которые, как я надеюсь и за что возношу молитвы, вы останетесь живы и здоровы.

Василий умел слушать. И еще был способен обдумывать предложения даже своих недругов.

Не говоря уже о столь надежных и верных людях, как сам патриарх константинопольский. И чем дольше он обдумывал сказанное Хрисовергом, тем больше здравого смысла видел. Ведь если выбирать между никчемным братом и умной, деятельной сестрой, то выбор для него очевиден. Ведь интересы императора Василия II и интересы империи есть одно целое.

К тому же умирать он точно не собирался. Это все так, подготовка к самому худшему из возможного, ведь волю богов невозможно предвидеть, что бы на сей счет ни говорили разные демонопоклонники.

Славяне же и скандинавы из не принявших истинного Бога и вовсе считают, что люди способны менять уготованные Богом судьбы. Глупцы!

Долгие годы, которые он надеялся оставаться на троне… Может, к тому времени дочери его брата выйдут замуж за достойных их мужчин, а от этих браков будут дети. Мальчики, вырастающие в наследников трона империи. Но все это потом, сейчас же, Хрисоверг прав, Анна будет лучшим выбором. Решено.

Вот только…

– Для всех мой брат – соправитель. Пусть на деле это не так, но все же это нельзя не замечать.

– Он отречется, – глядя в пол, тихо произнес патриарх. – Его робость будет тому ручательством. Но я хотел бы поговорить об Анне, вашей сестре.

– Я дал свое согласие.

– Дали, – эхом отозвался патриарх. – Но есть еще и ее муж, князь Владимир. Конечно, вы можете просто приказывать ему. Он полностью зависит от вашей милости, она залог остатков его власти.