Ганфайтер

– Я задал вопрос: ты здесь один?

– Да, сэр! – ответил я, стоя на месте и не делая резких движений.

– Ты из каравана?

– Нет, сэр, я с отцом путешествовал по реке, как нас перевернуло на порогах, я выплыл, а… отец, нет! – мне пришлось добавить в голос горечь утраты, чтобы бандит поверил, а то, что он из банды, напавшей на караван, я уже был уверен. Просто нюхом чуял.

– Отойди к краю ямы! – сказал он после некоторого размышления, показав направление стволом револьвера, после чего направился, посверкивая под лучами заходящего солнца патронами во множественных чехольчиках на поясе, к моей пустой кобуре.

Похоже, незнакомец решил обезопасить себя, забрав оружие.

Пытаясь отойти к противоположному краю ямы, я споткнулся и чуть не упал, успев упереться руками о край, и, снова приняв вертикальное положение, с интересом стал смотреть на чужака, продолжая отслеживать каждый его шаг.

Хмыкнув на мою неуклюжесть, незнакомец наклонился, чтобы подхватить ремень с кобурой, и, захрипев, стал заваливаться на бок с ножом в груди.

Револьвер, с взведенным курком, упал рядом с ним на землю, не выстрелив, как я опасался. Тот мог в агонии сжать пальцы и выстрелить. Мне этого было не нужно, вполне возможно, где-то рядом находится остальная банда. Не один же он тут шастает.

– Ну и что ты за хрен? – пробормотал я, разминая кисть руки, которую, кажется, немного потянул в броске, и, одним движением выпрыгнув из ямы, быстро разоружил бандита. По нему ещё пробегали судороги, но он отходил, и это была реакция организма.

Чтобы подогнать ремень под себя, мне пришлось выдернуть нож из тела незнакомца и, вытерев его, провертеть новые дырочки, после чего он уже нормально застегнулся на поясе и не спадал. Подвязав ремешки на кобурах к ногам, чтобы они не бултыхались, я попробовал быстро вытащить револьверы.

– А ничё так, удобно, даже очень, – пробормотал я, немного поиграв оружием.

Сунув нож обратно в сапог, откуда мне пришлось доставать его перед броском, делая вид, что споткнулся, и, встряхнувшись, приступил к обыску.

Перед этим я вскочил на ближайшую повозку и внимательно осмотрелся. Никого вокруг, но вроде чуть в стороне были лошади, я заметил круп чужого коня и взмах хвоста.

В карманах незнакомца нашлось семьдесят два доллара, и если к ним прибавить деньги Тейлора, то получалось семьдесят семь. Всякая мелочь, вроде жевательного табака, меня не заинтересовала, но вот листок бумаги с грубым рисунком и с надписью внизу – даже очень.