Комсомолец. Осназовец. Коммандос (сборник)

С непокрытыми головами очень редко кого встретишь, разве что только мальчишек и девчат. У меня, например, головного убора не было. Я был одет в широкие по моде черные брюки, белую рубашку – с экзамена как-никак – и в выходные туфли. Вот и все, только значок комсомольца блестел на рубашке.

Дойдя до конюшен, я прошел в жилой барак. Там переоделся в старый списанный застиранный светло-серый комбинезон танкиста, неизвестными путями попавший сюда и перешитый на меня, и прошел в небольшое помещение, где обычно чаевничали коневоды.

В комнате за столом сидели трое пожилых мужиков в красноармейской форме. Остальных не было, видимо, работали или были на выезде.

– О, вот и Женек! – воскликнул седоусый мужчина в засаленной пилотке и с «пилой» старшины в петлицах. – Здорово. Чай будешь?

– Буду, Матвеич. Привет. Дядь Саш. Ефим Игоревич, вам тоже не хворать.

– Как экзамен? – спросил второй коневод, дядя Саша.

– Там диктант, и спрашивали про писателей. Устно сдал, а письменное завтра узнаю. Попросил учительницу пораньше меня отпустить.

– Понятно. Твой Огонек копытом бьет, ожидает, когда ты его на прогулку выведешь.

– Его вчера вроде посыльный брал?

– Вчера и вернул. Вечером прискакал. Оба грязные с ног до головы. Я два ведра использовал, пока Огонька отмыл.

– Это хорошо. Сейчас попью и выведу его на прогулку. Хочу до ближайшей деревеньки проскакать, дать ему полный ход, пусть развеется, а потом обратно.

– Давай, – согласился старшина.

По договоренности с местными работниками, я занимался только работой с лошадьми.

То есть седланием, починкой сбруи, ну и, конечно, поездками, как в седле, так и на телегах. Мне в последнем случае давали мелкие поручения перевезти то или это. А вот выгребанием навоза я не занимался, для этого были другие люди, подчиненные, можно сказать. Так что теперь я был неплохим лошадником. Наработал кое-какой опыт, для меня нужный и в некотором роде уникальный.

Налив из мятого чайника кипятка в свою личную кружку, сыпанул заварки и, помешивая, сел на лавку, с интересом поглядывая на собеседников.

– Слышали, нападение на почтальоншу было? Вчера ее у деревни подстерегли. Совсем немного до околицы не дошла. Муж и сельчане только поздно ночью ее нашли. Изуродовали всю, говорят… – старшина сделал глоток чая и продолжил: – Груди, там, отрезали, вовсю изгалялись.

– А что милиция? – спросил третий присутствующий, Ефим Игоревич, взяв со стола кусок сахара.

– А что милиция? – вопросом на вопрос ответил Матвеич.