Корейский вариант: Корейский вариант. Время сурка. Сеятель

Только акция какая-то странная, чего они добивались?

Пробежав мимо хвоста воткнувшегося в землю бомбардировщика – судя по опознавательным знакам, южнокорейского, это уже третьи обломки, что мне встречаются, все южанам принадлежали, – я уточнил у пробегавшего мимо солдата с охапками парашютов в руках, где командование, и, получив ответ, побежал в сторону столовой. Как ни странно, она единственная практически не пострадала, находясь слегка в стороне. Ну, кроме выбитых окон, которые несколько солдат уже заделывали.

Раненых было мало, медики активно работали и увозили их, а вот с погибшими ещё не закончили, работали похоронные команды, я как раз пробегал мимо одно такой, из казармы с советскими специалистами выносили обгорелые тела-скелеты. Я только зло скрипнул зубами. Кто-то за это должен заплатить!

Показав часовому у входа удостоверение, я забежал в общий зал, где допрашивали южнокорейского лётчика, капитана, судя по знакам различия, и сообщил комполка, тот уцелел, хотя рука и была перевязана:

– Товарищ полковник, инструктор Пак прибыл в ваше распоряжение раньше срока отпуска, я готов получить машину и выполнить боевое задание.

– Хорошо, что уцелел, – хмуро кивнул полковник и приказал конвойным увести пленника. – У тебя как с пилотированием штурмовика?

– Отлично.

– Хорошо. От наших трёх полков практически ничего не осталось, собираем из уцелевших машин сборную солянку техники. Почти на полк набирается, лётчиков тоже. Ты слышал речь президента?

– Да, конечно.

– Наши войска на эту агрессию ответили соответствующе, это война. Сейчас направляешься в распоряжение капитана Ким Сена, он принял командование над пятнадцатью штурмовиками, что уцелели, ещё два скоро введут в строй, а пилотов для них всего одиннадцать. Получишь одну машину, я распоряжусь. Не хмурься, для истребителей лётчиков у нас преизбыток, а штурмовиков мало уцелело, в палатках накрыло.

– Есть, разрешите идти?

– Идите.

Уточнив у офицера оперативного отдела, где мне найти капитана Кима и стоянку штурмовиков, я выбежал из здания столовой и нос к носу столкнулся с особистом на крыльце.

Тот шёл морщась, держась за перебинтованную голову.

– О, живой? – обрадовался тот. – Я думал, тебя накрыло, когда увидел, как центр горит. Даже пожалел, что помогал полковнику ордер на служебную квартиру тебе выбивать, думал, всё зря.

– Я везде выживу, – усмехнулся я.

– Да, а деньги твои сгорели, – покосился тот на здание штаба.