Аномалия. Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт (сборник)

Когда передавал данные о делах в Казани моего мира, пришлось выкручиваться, называя его капитаном.

– У машины колесо спустило, и ни одного транспорта поблизости, вот и пришлось бежать, – пояснил он, после чего, распрощавшись и пожелав спокойного полета, направился к Аномалии, какие-то у него были еще дела.

– Время, – сказал Виктор. Он вместе с Иваном перешел на эту сторону, и сейчас они внимательно следили как за мной, так и за местной аэродромной командой численностью пять человек. У них была одна полуторка, на которой базировалось все, начиная от горючего и заканчивая запчастями.

– Слушай, а как он называется? – с любопытством спросил я, поправляя автомат.

– УТИ-4, – ответил пилот, взбираясь на крыло.

– Да? А похож на И-16, – заметил я, продолжая осматривать самолет.

С помощью старшины-механика я надел парашют и, с трудом взобравшись на крыло, втиснулся в кабину и сел на место пассажира.

– От винта! – крикнул такие знакомые слова лейтенант.

– Есть от винта! – донеслось в ответ.

Потом был взлет. Это подпрыгивание на кое-как выровненном поле вытрясло мне все внутренности, однако пытка длилась недолго, пара касаний в конце площадки – и вот мы в воздухе.

Ветер в кабине, казалось, выдувал все тепло из меня, и только тогда до меня дошло, почему летчики летают в таких удобных кожаных куртках.

«Да, именно для того чтобы не мерзнуть, ведь почти у всех истребителей СССР открытые кабины, и теплые вещи спасли многих летчиков от простуды», – думал я, спешно застегивая кожанку.

Сам полет я запомнил в мельчайших подробностях, особенно то, как разминулись со стаей уток, в которую влетели.

– Холодно там наверху, – пожаловался я пилоту во время промежуточной посадки.

– Что есть, то есть. Но сейчас тепло, уже не так, как зимой, – ответил мне Жора-пилот, покусывая травинку.

Глядя на то, как техники суетятся у самолета, мы лежали в тени большого крыла бомбардировщика и вели неспешную беседу.

– Еще два аэродрома подскока, и мы на месте, – пояснил Жора, выплевывая травинку и срывая новую.

– Побыстрее бы уже, – сказал я, баюкая в руках кружку чая.

– Скоро, не волнуйтесь, товарищ командир.

Взлетев, мы снова взяли курс в нужную нам сторону. И через две посадки, во время которых нас заправляли и осматривали, достигли конечного пункта маршрута.

– Опять на тот же аэродром, – недовольно пробурчал я, держась за скобы.