Аномалия. Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт (сборник)

– Ладно, поговорили и хватит, там на ранний обед звали, вставай давай.

– Угу!

Спрыгнув с кровати, я упал на пол и стал отжиматься, пыхтя как паровоз. Не из-за отдышки, просто привычка такая. Встав, стеснительно поправил сползшие трусы, и принялся неторопливо одеваться, насвистывая «Калинку-малинку». Сходив и умывшись под жестяным рукомойником, мы вместе с Артуром направились в сторожку, где столовался командный состав, то есть командование и мы.

Поздоровался с Лаврентием Павловичем и генералом Гоголевым, сел за стол и, взяв протянутую крепким красноармейцем в белом переднике тарелку супа, стал с аппетитом есть, изредка кидая на присутствующих любопытствующие взгляды.

– Здравствуйте, товарищи, извините за опоздание, пришлось поработать с некоторыми материалами, – сказал вошедший полковник Судоплатов и, пройдя к свободному месту, взял ложку из стеклянной банки, как вдруг отворилась дверь и в столовую заглянул боец осназа с гарнитурой рации и динамиком в ухе.

– Товарищ нарком, разрешите обратиться к товарищу полковнику. – И после кивка продолжил: – Товарищ полковник, Седьмая группа вышла на связь. Поляки объявились.

– Ну так пусть берут, пообщаемся, – ответил Судоплатов, приподняв бровь в недоумении.

– По словам седьмого, у старшего ППД.

– Рожковый? – спросил Судоплатов, нахмурившись.

– Сейчас спрошу, товарищ!..

– Не надо, я сам.

Встав из-за стола, полковник вышел из сторожки и, взяв «Кенвуд», вызвал Седьмого.

В открытое окно нам был хорошо слышен разговор по рации, к которому мы с интересом прислушивались, по крайней мере я – точно.

– Говори, Первый на связи… Точно?.. Отлично, возьмешь всех?.. Тогда я тебе отправляю группы Третьего и Девятого, приготовься к встрече, ты за старшего. Все, отбой.

Вернувшись, Павел Анатольевич с аппетитом стал поглощать чуть остывший суп, не обращая внимания на наши взгляды.

Вздохнув, я вилкой перерезал сочную, дурманно пахнущую свежим жареным мясом котлетку и, наколов кусочек, отправил его в рот вслед за гречневой кашей в подливе.

С аппетитом прожевав второе, я запил его компотом и, проглотив мякиш, спросил у полковника:

– Что-то случилось? Я о вызове по рации.

– Ничего важного, местные дела.

– Но вы нам все-таки объясните, почему этот боец не побоялся оторвать нас от завтрака. – Берия промокнул платком губы.