Маг: Начало. Школа. Архимаг. Грандмастер

Я к этому времени как раз проложил сорокаметровой длины тропу, сблизившись с башней, когда донеслись крики из лагеря. Прекратив все работы, балансируя на безопасной, но очень узкой тропе, я покинул оборонный пояс башни и побежал к лагерю, где собиралась небольшая толпа поисковиков, магов и их слуг.

– В чем дело? – спросил я, подойдя быстрым шагом к Арни.

– Эжен пропал, – пояснил тот. – Отошел оправиться в рощу и как сгинул. Егор там с частью людей осматривает все. Никаких следов, ни крови, ничего.

– Эже-е-ен, – задумчиво протянул я, почесав подбородок. Этот здоровяк, который не расставался со своей секирой, был мне знаком. Опасный и, главное, опытный тридцатишестилетний воин. Вот так сразу чтобы его незаметно взяли? Нет, тут что-то не то.

Заметив, как на меня покосился барон, я подошел к нему и негромко спросил:

– Наши преследователи?

– Возможно, – нехотя кивнул тот.

– Если это так, то будет плохо. Наверняка по нашим следам отправили самых опытных. Вы кому-то говорили, что ищете башню магов?

– Только жена знает, – покачал тот головой.

– Кто-то слил информацию. О слугах подумайте, для тайной стражи они самые надежные источники.

Заметив, как барон повернулся и стал пристально разглядывать слуг, что были с нами, я выслушал речь помощника Егора и направился обратно к башне. Меня во вторую поисковую группу не включили, ушли практически все, кроме барона, де Курье и Арни, также остался повар, вот и все.

Эжена мы так и не нашли, так же как и следов чужаков.

Было видно, что работают профи. Чего они ожидали, было и так понятно – когда мы вскроем башню, чтобы самим не возиться с этим. Стервятники долбаные. Егор, как и ла Грант, ходил мрачнее тучи, обоим не нравилась эта неопределенность, да и многие поисковики не отходили далеко от лагеря. Теперь по надобности отходили к ручью, вниз по течению, но чтобы было видно из лагеря, и свешивались над водой, опорожняясь.

Я же весь ушел в себя, чтобы открыть башню. В принципе за эти пять дней работы и изучения структур магических линий я стал понимать, что там и как, поэтому, делая тропу, которая со стороны выглядела «как бык поссал», двигался к тому месту, где по моему предположению находился вход.

Хотя с виду у башни на двадцать метров вверх не было ни одного отверстия. Лишь белые оштукатуренные стены.

Когда я, наконец, достиг стены и потрогал ее, теплую, нагретую лучами солнца, рукой, то испытал искреннюю радость.