Офицер Красной Армии

Пройдя в хату, я дал короткую очередь и заорал благим матом:

– Встать, твари! Поубиваю всех на хрен! Психологический прессинг помог, никто даже не подумал схватиться за оружие. Винтовки я прибрал, сложив под ноги, но у полицаев вполне могли оказаться пистолеты под подушкой. Двое упали на пол, закрывая головы руками, другие рванули к окнам. Достав пистолет, я успел пристрелить одного, двух других завалил Иван, когда они вывалились во двор. В живых осталось только трое. Да и то один оказался подраненным.

Выведя их на улицу, я держал полицаев на прицеле, пока Иван их вязал, после чего, проверив проделанную работу, спросил:

– Ты своих под окном проверил?

– Нет ещё, – отрицательно покачал он головой.

– Проверь штыком, ударь несколько раз. Тебе это в практику, чтобы руку набить. Работай.

Тот держался молодцом, бил штыком трупы по нескольку раз, хотя вернулся бледным, готовым вот-вот выплеснуть вчерашний ужин.

– Нормально, – похвалил я его. – Но в следующий раз проводи контроль без напоминания.

Ясно?

– Да.

К этому времени стал собираться народ. Попросив одну из девочек помочь привести сюда телегу со штурманом – взрослее из детворы никого не было, а эта, видать, смелая – я вернулся к полицаям, подойдя к ближайшему.

– Так ты, значит, и есть Боров? – спросил я у здорового мужика, который действительно формой лица имел некоторое сходство с этой животиной.

– Ну, – хмуро бросил тот.

– Мне нужна информация о твоих соседях, что стоят в ближайших селах.

Валяй, выкладывай всё.

– Пытать будешь? – Буду, – просто ответил я и вопросительно приподнял левую бровь.

Тот запираться не стал и рассказал не только о полицаях, но и о немецких гарнизонах. Знал он немало, так как не раз со своими людьми участвовал в облавах и захватах окруженцев и загоне лётчиков, что сбили над этими территориями.

Чуть позже из толпы начали раздаваться вопросы, пришлось на них отвечать, тут как раз прибыл Захаренко с малолетними помощниками.

Потом ко мне обратилось семеро человек из окруженцев, которые в основном остались на оккупированных территориях из-за ранений, восьмой была военврач. Вот она не особо охотно присоединилась к нам. Всё её в жизни в селе устраивало, но она отправилась следом за своим капитаном, который у меня в отряде занял место зама по тяжёлому вооружению. Будет артиллерия, примет командование, хотя он был гаубичником, командиром батареи.