Офицер Красной Армии

Из трофеев было три автомата, что ушли мотострелкам, два МГ-34, ДТ и три карабина. Пистолеты я не считаю, хотя их было три единицы. Оба мотоцикла были с пулемётами, так что один мы затрофеили с моей цели, ДТ Воронин вытащил из башни броневика, второй МГ сняли с люльки передового мотоцикла. Он был изрешечён и в дело не годился. Но вот мотоцикл, по которому работал я, на удивление оказался цел, не считать же за повреждения две случайные пробоины в люльке? Водители у нас были, так что подумав, я решил, что пора обзаводиться техникой, и приказал оставить мотоцикл.

Бойцы слили весь бензин в свободную тару, был подобран экипаж. В люльку уже был установлен исправный пулемёт, и мотоцикл возглавил нашу колонну. Разведка на конях продолжила выполнять функции передового дозора. Бой этот произошёл всего в одиннадцати километрах от лагеря военнопленных, поэтому за световой день, пройдя километров тринадцать, мы оставили Воронина организовывать временный лагерь и впятером, включая обоих разведчиков, направились на конях на рекогносцировку, и вот уже как двадцать минут наблюдали за жизнью в лагере военнопленных.

Воронину требовалось дать лошадям хотя бы несколько часов отдыха, им и нам придётся идти всю следующую ночь, чтобы уйти от лагеря военнопленных как можно дальше. Тут с ностальгией вспоминаешь многокилометровые рейды по тылам противника на наших «газонах».

– Далековато для пулемётов. Ручниками не достанем, тут станковое нужно.

– Согласен, – кивнул я и, оторвав сухую прошлогоднюю травинку, стал её покусывать, задумчиво поглядывая на далёкий лагерь.

 – «Максим» поставим тут. Его задача – отвлечение внимания, основная же огневая группа с ручниками пойдёт по тому оврагу. Во-он от того места, где кривое дерево, до лагеря порядка четырёхсот метров, для ручников нормально. Главная задача бить по скоплению немцев. Первым делом откроем огонь по казарме, это вон то строение.

– Зажигательными можно, – пожевав губами, согласился Семёнов, и подумав, добавил: – Всех не уничтожим, среди военнопленных большие потери будут.

– Будут, – согласился я. – Но пулемёты на вышках на мне, из винтовки буду по ним работать. Шесть вышек, шесть пулемётов.

– Все не успеешь. Предлагаю те две ближайшие оставить пулемётчикам, они их изрешетят, не бронированные, вот с остальными сложно, и тут их ликвидацией действительно лучше заняться тебе. Так надёжнее будет.

– Да. Возвращаемся в лагерь. Надеюсь, Воронин хорошо замаскировал наш след, что сворачивает к лесу.