Офицер. Слово чести

Солдат-пограничник, спасший меня, помогал в этом. И, похоже, вышел на них. Они это обнаружили, и сегодня утром во дворе дома, где я снимаю комнату, обнаружились трое коней, седло и две сумки. Там была вот эта записка, – я сделал два шага вперёд и протянул записку комполка, а пока тот её читал, продолжил: – Прочитав её, я открыл сумку и нашел не одну саблю, а две. Вот эта не моя.

Я достал саблю с «клюквой» и показал надпись на эфесе. Полковник помрачнел и заиграл скулами, а я вынул из кармана орден Святого Владимира четвёртой степени:

– Этого у меня тоже не было.

Обнаружил там же в сумке.

Разозлился полковник серьёзно и успокоился не скоро. Он вызвал начальника штаба полка и ещё двух штабных офицеров, и те все вместе внимательно выслушали мой рассказ. После этого я передал список того, что отдали бандиты, а конь, которого я передавал в замену угнанного, стоял у входа, готовый к отправке на конюшню. Седло есть, а вот за уздечку я должен был заплатить, как за утерю казённого имущества.

Пока специально вызванные люди изучал орден и по номеру пытались выяснить, кому он принадлежал – документов других офицеров при мне не было, да и у бандитов тоже, – мы с полковником ожидали вызванных жандармов, ну а я достал из сумки кобуру с «маузером» и сказал:

– Этот пистолет мне передали преступники. Я не прощаю их, но в качестве материальной и моральной компенсации всё принял и отдавать кому-либо не собираюсь. Но этот пистолет я хочу подарить вам.

– Благодарю, – он с интересом изучил тяжёлый пистолет, извлёк из кобуры, провел пальцем по консервационной смазке, понаблюдал, как я выкладываю на стол пачки с патронами к нему, и поинтересовался с хитринкой в глазах: – Я так понимаю, у вас есть какая-то просьба, подпоручик?

– Не то чтобы просьба, господин полковник.

Скорее желание – перевестись в пулемётную команду. Мне кажется, я там буду на месте.

– Что ж, я подумаю. Поговорим об этом после вашего излечения и возвращения к службе.

– Благодарю, ваше высокоблагородие.

Ещё бы хотелось испросить вашего разрешения посетить столицу…

Тот дал добро, без разрешения командира полка такие поездки чреваты, и в канцелярии я получил заверенное подписью разрешение. Тут двое жандармов прибыли, они меня внимательно расспросили, дождались, пока я напишу рапорт на имя начальника штаба – до этого я писал на имя комполка – и передам ему, и после этого мы на коляске покатили к подворью, где я комнату снимал.