Нет пути назад

Наверняка Иррьят захочет взглянуть на то, как его пленница предстанет перед сворой мужланов. Не сможет отказать себе в этом удовольствии.

Однако беглый осмотр «ангара» не выявил знакомого силуэта.

Возможно, де Нергивен подойдет позднее?

Не мог же он просто бросить ее на произвол судьбы?

Вот с этими…

Если при своем предводителе оборотни вели себя безупречно, боясь проронить лишний звук, то в его отсутствии наглость набирала обороты в геометрической прогрессии.

Вдруг они захотят сделать с ней… что-то непристойное? То, что пытался сотворить сам Иррьят, там, возле горячего источника?

С ожерельем из Унуита Элгиссиора была легкой добычей.

Правда после подобного надругательства вряд ли смельчак заслужит поощрение командира. Как это: сорвать цветок, что он хотел оставить себе?

Гиса встретилась взглядом с предложившим оголиться.

– Не забывайте, пожалуйста, что перед Вами стоит киосса.

Вот эта фраза вызвала секундное молчание во всем ангаре, а после свист и дружное «О-о-о!».

– А что, у принцесс между ног что-то иное, нежели у других баб? Ежели так, просвети, киосса! – он неторопливо поднялся с места и начал приближаться.

Фу, как вульгарно!

Дернувшееся в панике сердечко, как и ухнувшая в пятки душа не позволили демонице отступить.

Стоит показать свой страх, и они ее съедят заживо.

Напротив, расправив плечи и вздернув нос, Элгиссиора едко заметила:

– Кто Вы такой, чтобы задавать подобные вопросы коронованной особе? И тем более, какое имеете право ставить себя вровень с лордами, которым позволено рассуждать на темы, близкие к интимным? Я не вижу на вашей груди знаков отличия.

– О, посмотрите-ка, принцесска вздумала показывать характер! – Он подошел к ней вплотную, уже нависая сверху. – Значит, нужно будет приструнить.

Давай Гиса, не отходи!

Не вздумай отступать!

Только в глаза.

– Попробуйте. И я с удовольствием посмотрю, как лорд Иррьят разомнет о Ваше лицо кулаки, а ребра переломает, прежде чем выставить за пределы крепости. Мне довелось узреть, как де Нергивен обращается с неугодными ему мужами. Сломанные конечности будут лишь вершиной айсберга на долгом пути по морозной, безлюдной и продуваемой ветрами пустоши. Без пропитания, теплой одежды и поддержки селений.