Прорицатель

Палия не успела последовать моему совету, а говоря ей последние слова, я уже выдёргивал из ножен рапиру – я её после первого удара вытер и убрал обратно – и встретил первого крикуна, хотя из шахты уже выскакивали второй и третий. Палия рванула, но рванула не к челноку, а на дерево. Ну, не знаю, я на это дерево с заметной опаской смотрел, на ёлку похожа, только шипы острые и похожи на шила, что торчат во все стороны. Прикоснёшься, и множество проколов обеспечено. Однако на Палию это не произвело никакого впечатления, мигом оказалась на верхушке, где, держась за тонкий сук, стала раскачиваться по высокой амплитуде, вереща не слабее крикунов.

Я даже не знал, мне продолжать сражаться или откровенно ржать над ней. В общем, я делал и то, и то. Ржал и дрался с крикунами. Хорошо, что они по очереди лезли, работать было проще.

Двадцать три вылезло. Я потом вытер рапиру и, убрав её в ножны, подошёл к краю шахты, где осторожно глянул вниз, перед этим сбросив химический факел, чтобы подсветить.

Пусто, больше никто не лез.

Отойдя от проёма и задрав голову, посмотрел на девушку и предложил:

– Давай спускайся.

– Я не могу, – простонала та сверху, продолжая раскачиваться.

– А как ты залезла?

– Испугалась, – проныла та. – Помоги мне спуститься.

– Ну уж нет, сама залезла, сама и спустишься.

Дальше, пока я ворочал тела крикунов и снимал трофеи, Палия меня уговаривала снять её сверху. Находки интересные были, холодное оружие, лучемёты, разные винтовки, они ведь тоже по мне стреляли, трижды чуть на выстрел не наскочил, такой плотности огонь был, только и спасало, что по очереди вылезали, рубил одного за другим.

Связав все трофеи в одну тяжёлую вязанку, тут и пояса с боеприпасами были, под пятьдесят килограммов, с некоторой досадой посмотрел на девушку и, вздохнув, ответил:

– Ладно, сейчас сниму. Только потом не обижайся.

– Не буду. Только сними.

Прикинув на глазок толщину ствола дерева, я закрепил у основания гранату и, активировав таймер, отсчитывая шаги, направился к проплешине, где, встав, вытянул руки.

Когда грохнул взрыв, под хруст древесины Палия, визжа, стала падать вместе с деревом, но приземлилась мне на руки. А с виду лёгкая, чуть руки не поломала, пришлось амортизировать, приседая. Ещё глядеть, чтобы шипами верхушки не хлестнуло. Поставив её на ноги и осмотревшись, я сказал:

– Пешком дойдёшь, мне есть что донести до челнока, более приятное и нужное.