Элирм III

– Да нет, я не об этом, – отмахнулся танк. – Я про Вела. Второй по идее его точная копия, но первый мне понравился больше. И, кажется, он был более сговорчивый. А этот общается как какая-то британская домоправительница. С климаксом в придачу.

– А я думаю о том, что не мешало бы переодеться, – вмешался Глас. – Согласно правилам этикета было бы дурным тоном приходить на встречу в окровавленных лохмотьях.

– Как и опаздывать, – сказал я. – Пошли.

Нас встретили у самого входа, а затем спешно проводили до установленной в глубине здания арки портала, ведущего на самый верх.

В одну из сферических обсерваторий, переоборудованную Аполло Кэрту в кабинет и лишенную доступа к любым другим входам и выходам. Блажь как по мне. Тратить баснословные суммы денег на мегалит, вместо того чтобы построить обычную шахту лифта или на худой конец лестницу.

Половину помещения занимала поистине царская зона ожидания с вальяжно развалившимися по диванам посетителями, а другую половину – непосредственно сам кабинет.

Ровно в девять утра нас пригласили войти. При этом я успел поймать на себе несколько нахмуренных взглядов существ, явно недовольных тем фактом, что каких-то человеческих отбросов пропускают вне очереди.

– Только трое, – коротко произнес секретарь, мягко отстранив сунувшегося вперед Мозеса. – Господин Эо, господин Герман и господин Глас. Остальных попрошу остаться здесь.

– Уа?! – возмутился кошачий медведь.

Дворф на мгновение задумался.

– Господин Хангвил тоже может пройти.

– Вот! – я гордо воздел палец вверх. – Пунья – господин!

Услышав это, Гундахар фыркнул, но промолчал. А затем вместе с остальными направился к барной стойке.

– Виски мне! Да поживее, щенок! – проорал он в сторону седовласого бармена.

Герман удивленно вскинул бровь.

– Ему бы на курсы управления гневом сходить.

– Не думаю, что поможет.

Мы вошли в кабинет.

В помещении было светло. Я бы даже сказал слишком светло. Непроницаемая обшивка обсерватории снаружи внутри оказалась абсолютно прозрачной и открывала нам красочную панораму с видом на город и искрящееся в лучах солнца валийское море. Мы даже видели край статуи Аргентависа и горы, окольцовывающие всю сорок девятую начальную зону.

Справа и слева стояли длинные ряды витражей с артефактами, каждый стоимостью как моя жизнь.