По следу «Аненербе». Вангол-3

Берия назначил встречу, значит, все пойдет по плану, разработанному им и уже утвержденному на самом верху. Красков отдал в отдел шифровку с приказом группе «Северный ветер» и открыл перед собой папку, на обложке которой было только одно слово «Аненербе», перекрытое штампом «Особо секретно».

– Оль, ты понимаешь, что нам предстоит?

– Да, понимаю.

– Ты уверена, что выдержишь?

– Уверена. А ты выдержишь?

– Пока не представляю, как я смогу доверить тебя этому… эсэсовцу.

– Если Красков узнает, что мы вместе, будет плохо.

– Он знает, я сказал ему вчера, что мы поженились.

– Зачем?

– Чтобы он об этом знал. Понимаешь, Оль, я не умею иначе.

– Я люблю тебя.

– Я тоже.

– Что теперь будет?

– Ничего плохого не будет.

– И что Красков сказал?

– Поздравил и обиделся, что его не позвали на свадьбу.

– Врешь…

– Вру… то есть не вру, а просто шучу. Он сказал, что, конечно, рад за нас, но изменить что-либо, а уж тем более отменить операцию не может.

Если честно, то он несколько растерялся.

– И не надо отменять, мы же все выдержим, правда?

– Правда. Я убедил его в том, что наши отношения не повлияют на работу.

– А сам говоришь…

– Да ничего я не говорю, я люблю тебя, Ольга, я хочу, чтобы ты была всегда рядом со мной, вот и все. Так будет, когда мы победим, а пока…

– А пока обними меня покрепче, дорогой…

Оба Владимира, Осокин и Арефьев, получили задание – в максимально короткий срок освоить немецкий язык, все их время было посвящено только этому.

Опытнейшие преподаватели немецкого сменяли друг друга. Практически обучение велось круглосуточно, в нем активно участвовали Вангол и Ольга. Им тоже важно было шлифовать и доводить до совершенства немецкий. Все складывалось удачно, за исключением одного – заболел Макушев. Он вообще не знал раньше, что такое болеть. Ранения – это единственное, что валило его с ног. А тут случилось нечто непонятное…

Степан еще в подводной лодке на пути обратно почувствовал себя плохо и уже в Москве слег окончательно.

В госпитале, куда он был помещен, никто не мог поставить диагноз. Вангол через Краскова настоял на встрече с главным врачом госпиталя, мужчиной пожилым, но, несмотря на видимую усталость, очень энергичным.

– Да, озадачили вы меня, молодой человек, озадачили, – после некоторого молчания сказал врач, выслушав рассказ Вангола о том, что он считает причиной болезненного состояния своего друга.