Сопротивленец: Сопротивленец. Искатель. Перевертыш

Просто одна из ближайших спасательных капсул не улетит без меня, остальное я не трогал, и найти следы моего вмешательства с помощью такого оборудования не то что не просто, невозможно. Вот если бы я работал в сети, что-то убирая или меняя, меня бы сто процентов засекли.

Следователь дождался сообщения от своих спецов, что пока всё чисто, чужого вмешательства не зафиксировано, после чего велел поднять из медкапсулы толстяка, его охрана при захвате хорошо отметелила, и отдал другие приказы. Пока лайнер полупустой, началась планомерная зачистка судна, осматривали всё, что можно и нельзя, находя припрятанную контрабанду членов команды.

Большую часть возвращали на место, это те, где не было полицейских, сдавали всякую мелочёвку, а те группы, где полицейские имелись, вынуждены были сдавать всё.

За шесть часов осмотрели половину судна, благо мой коридор не вызвал подозрения и тайный проход не был обнаружен. Даже сканер, которым полицейский просвечивал стены, ничего не дал. Ниша была экранированной, как раз на такой случай.

За это время я, как следователь и его помощники, слушал горестный рассказ толстяка. Как начались его неприятности и как всё это происходило, вплоть до того, как стало везти бывшей жене, что она разбогатела и, не вспомнив о бывшем муже, забрав детей, улетела к матери. Он как раз направлялся следом за ней. В общем, толстяк выставил себя полным невезунчиком и неудачником. Более того, это подтвердилось, ещё когда его привели. Следователь предложил ему сесть на стул, там была дистанционная возможность складывания стула, и я с ней поработал, поэтому толстяк сел, стул сложился, и тот грохнулся на пол, застонав от боли в плече, ему только-только срастили сломанную руку.

Тогда полицейские не обратили внимания на эту случайность, тем более спецы вмешательства не зафиксировали, а потом поняли, что это всё от его неудач.

Когда тот закончил рассказ, помощник следователя подошёл, похлопал его успокаивающе по плечу и сказал:

– Не волнуйся, больше неприятностей у тебя не будет.

Это не рок. Не бойся.

– Нет, это именно рок. Один священник тоже меня успокаивал, и на него начали сыпаться кары, пока он не погиб.

Я об этом не знал, видимо, прошло мимо моего внимания, но слова толстяка позабавили и заинтересовали. Мне пришла одна идея, которую я тут же воплотил в жизнь. Помощник следователя вернулся к своему стулу, и когда сел, тот сложился, отчего он упал на задницу, глядя перед собой в изумлении.