Житиé Святого Валентина

Это ещё больше укрепило его во мнении, что в жизни обитателей этого дома существует некое обстоятельство, лишающее их покоя.

Раб, отвечающий исключительно за напитки, прямо в небольших серебряных кубках разбавил вино[9 - Вино пили, только предварительно разбавив его водой.], настоянное на травах, водой и подал сначала гостю, а затем хозяину. Пронтоний и Кратоний выпили вино во славу Юпитера[10 - Главный из богов, в которых верили римляне, бог-аналог древнегреческого Зевса.] и стали руками брать еду с блюд – для удобства всё было заранее порезано на кусочки.

Только после того, как оба насытились и выпили немало кубков вина, Кратоний стал расспрашивать гостя о его жизни и воинских приключениях.

Пронтоний был прекрасным рассказчиком и любил рассказывать, поэтому увлёкся, а затем устыдился своей увлечённости. Заметив это, Кратоний попросил:

– Давай выпьем во славу Вакха[11 - Бог виноделия.], и ты продолжишь свой рассказ. Мне чрезвычайно интересны нравы и обычаи других народов, о которых ты так увлекательно рассказываешь.

Мне кажется, что культура Рима, достигнув своего пика, деградирует. Рим погряз в роскоши, праздности и разврате. Даже вольноотпущенники[12 - Вольноотпущенники – бывшие рабы, либо освобождённые хозяином за многолетнюю преданную службу, либо купившие свободу за деньги.], презрели истину о том, что основа благосостояния есть труд и реальное производство материальных благ, всё чаще и чаще собираются в толпы и скандируют лозунг: «Хлеба и зрелищ!» Они пользуются тем, что у римских сенаторов от накопленных состояний ожирели мозги, и они не способны увидеть реальной опасности, грозная тень которой накрывает Рим всё больше и больше. Из общества созидателей мы превратились в общество потребителей, несущее другим народам неволю.

Кратоний сделав несколько глотков, осушил свой кубок, дождался, пока выпьет гость, и продолжил:

– Практически все материальные ценности Рима создаются руками рабов, в армии, вряд ли ты мне в этом сможешь возразить, всё меньше граждан Рима и всё больше наёмников из провинций.

Чем же в таком случае занят народ Рима?

Пронтоний с удовлетворением отметил про себя то обстоятельство, что с лица увлечённого рассуждениями Кратония исчезла грусть и, улыбнувшись этим своим мыслям, поощрил хозяина к дальнейшим рассуждениям:

– Если я правильно понимаю тебя, то ты предлагаешь частичную ассимиляцию культуры Рима в пользу культуры варваров?

– Не совсем так, но где-то довольно близко к этому. Риму нужна свежая кровь.