Сын Ра. Волшебный эпос

Теперь-то Яваха, как игрок проигравший, раздавал, да такую лядащую карту себе надавал, что прямо завал. Опять, значит, он проиграл – да быстро так! И, конечное дело, сызнова разгорелись тут чертячьи восторги. Всю желчь Ванюхе взбаламутила эта оргия… Призадумался он тогда, губу закусил, глазами окрест покосил, – никак в толк не возьмёт, отчего Харе карта сильная так и прёт… Да, здесь дело наверняка нечистое, наконец он смекает и без помощи светлой силы не обойтись ему будет никак…

Взял он колоду да как бы невзначай и приложил её к палице, помощи у Ра мысленно прося.

А потом хвать – и раскидал картёшки опять. Смотрит, попалась ему карта обыкновенная: не сильная, но и не говенная. А Харя карты свои взяла да отчего-то и взволновалася. Уж и незнамо чего ей там показалося. Как стали играть по новой, так Ване фарт и попёр: всё лучшую да лучшую карту он с колоды берёт, и все Харины картишки играючи бьёт.

И тут замечает он, как чёрт из под стола туза быстро достал и Ванькиного короля кроет им, как ни в чём не бывало.

– Ах ты, подлая мухлевала! – взорвался тогда Яван, и по носяре Харе своими картами как хряснет.

Та в угол и отлетела, а руки ейные, странное дело, возле стола висеть осталися и по-прежнему в картах копалися. Завопила Харя голосом дурным, заголосила, больше не бить её попросила, а то, мол, у Явана рука тяжёлая больно и ей, видите ли, больно.

Ну, Яван на то усмехается. И далее играть намеревается. Недолгое времечко прошло – выиграл он вчистую у этой бестии и ещё шестёрок на ряху ей навесил.

Нахмурилась Харя, озлела, посуровела, а рожа красная у неё стала и вспотелая.

– Твоя взяла, человече! – она просипела. – Ну, спрашивай о чём хошь. Так и быть, отвечу…

– Хм, ладно, – говорит Яван, – спрошу, отчего ж не спросить-то… А скажи мне, беззаконная Харя, по какой такой причине вы сей город терроризируете и отчего на обитателях его паразитируете, а?

– Ха! – ощерилась весело Харя.

 – Чего ж тут не знать… Всё потому, въедливый богатырь, что каждый тутошний житель за себя одного стоит, и другому пособлять не спешит. За шкуру свою они опасаются и убытку личного пуще всего боятся. Хе-хе! Вот мы страхом этим и пользуемся – за их счёт живём да вольно себя ведём. И-эх, хорошо!

– Ну, раз так, – говорит тогда Яваха, – то, поскольку я в карты маху не дал и партию последнюю у тебя взял, то я и выиграл. Получается – вы в моей власти.