Леротикь

Слушай, а этот ниггер – он симпатичный?

С каких это пор тебя стала интересовать внешность коллег?

Я серьезно, Джин.

Фукс любит говорить рассудительным тоном, неприятно напоминая мне меня самого.

Он говорит – Нам нужен симпатичный ниггер. Ведущий гитарист должен выглядеть. Это хорошая рыночная стратегия. Несовершеннолетние телки, им нужен кто-нибудь, чтобы выглядел горячим – подумай, мужик.

Я сказал ему, что гитарист – мальчик белый.

Возмущение Фукса было так велико, что он пролил сок на стол и себе на халат.

Он говорит – Эй, мужик, я с хонки[5 - Оскорбительное слово, которым негры называют белых в Нью-Йорке.] играть не буду.

Я налил себе кофе и сел. Фукс посмотрел на меня враждебно и принялся вытирать стол своим халатом.

Он говорит – Ты слышал, что я сказал?

Типа, да. Ты с хонки играть не будешь.

Так что же?

Так ничего же.

Ну, на хуй. Что ты надумал, Джин?

Я говорю – Слушай, Фукс, если мы собираемся зарабатывать на жизнь, и, я думаю, это одна из наших целей, не так ли, нам необходим по крайней мере один хонки.

Рыночная стратегия, как ты только что отметил, требует такого подхода.

Отвращению Фукса не было предела.

Он говорит – на хуй.

Я говорю – У тебя есть выбор.

По правде сказать, мне было все равно, кто они – остальные члены группы. Гвоздь программы все равно – я сам. Остальные просто попутчики. В делах музыкальных нужно смотреть фактам в лицо. Справедливость, конечно, торжествует – я не собирался брать себе больше, чем остальные, если деньги вдруг появятся.

Фукс говорит – Я так не играю, мужик.

Иногда он бывает ужасно упрям.

Тогда я говорю – Слушай. Я говорю – Я хочу, чтобы мы выглядели профессионально, а не как банда пацанов из черного гетто, торчащих от своего исполнения.

Он обозвал меня тупым ниггером, но, по правде говоря, какой у него выбор? Бас-гитаристы – их много, они в самый лучший рыночный день не стоят больше, чем десять центов за дюжину.

IX

Погода стояла прекрасная, лужи сверкали на солнце, а здание напоминало прошитую ядрами крепость.

Огромные белые буквы на стене вестибюля, «Уайтфилд», навели Юджина на какие-то смутные воспоминания, но ему было не до этого.

В помещении пахло пролитым пивом, потом и пылью. Фукс подключил свою бас-гиатру к усилителю. Юджин проверил усилитель, попробовал клавиатуру, и хлопнул Фукса по плечу.

– Просветлись, – сказал он. – Великие дела не за горами.