Леротикь

Благосклонность во взгляде Живой Легенды была так неподдельна, что продолжающая растягиваться пауза ничем не напоминала волевую дуэль. Когда Франк снова заговорил, он не чувствовал себя побежденным. На Хелен трюк произвел бы впечатление, если бы мысли ее не были заняты другим.

– Ну, хорошо, – сказал Франк. – Не собираешься ли ты снова сняться в фильме, друг мой? Мы уж сколько лет ждем. Мы соскучились. Э … Хелен, да? Хелен, не правда ли, было бы здорово – новый фильм? Мы соскучились, не так ли?

– Ах, да, – подтвердила Хелен, держа себя в руках.

 – Я, правда, не часто хожу в кино … Но на твою премьеру, дорогой, я бы с удовольствием … пошла бы…

Живая Легенда улыбнулся одними глазами – тоже фирменный трюк. Франк посмотрел на часы.

– Что ж, маэстро, – сказал он. – Никто не подслушивает. Можно говорить открыто. Помнишь, несколько месяцев назад мы с тобой посетили один бар?

Живая Легенда наклонил голову. Хелен смотрела в сторону. Улыбки прекратились.

– Во время нашей тогдашней беседы, – продолжал Франк, – я, вроде бы, упоминал некоторые … э … вещи.

Не говорил о них, а просто упоминал … э … так сказать. Ты знаешь, я всегда делюсь … э … чувствами и помыслами с людьми, которых уважаю. Я, вроде бы, совершенно точно упомянул одного нью-йоркского предпринимателя, чьи дела … поползновения … в Сейнт-Луисе … мне не очень нравились. Теперь, стало быть, так. Этот предприниматель и я – мы были большими друзьями. Не приятелями, а именно друзьями. Друганами. И ты тоже, друг мой … э … был другом предпринимателя. Не так ли.

С бесконечной грустью в глазах Живая Легенда кивнул, приопустил веки и выставил вперед нижнюю губу. Хелен перевела дыхание и кашлянула. Она явно нервничала.

– Теперь же так получилось, что друга нашего больше нет, – торжественно продолжал Франк. – Это очень грустно. Доктор говорит, что у него был удар. Все остальные уверяют, что он покончил жизнь самоубийством. Во всяком случае, все делают вид, – он поднял указательный палец и многозначительно наклонил его в сторону Живой Легенды, – что это так и было.

Понятно, что это означает. Те, кто хорошо знали Старика Уолша никогда в такое не поверят. Старикан обожал жизнь. Такого жизнерадостного человека на земле не было никогда! Тем не менее, – добавил он, любуясь большим перстнем на мизинце, – видишь ли, друг мой, не обо всяком убийстве следует сообщать в газетах.

Хелен сильно побледнела, посмотрело отчаянно на Франка и умоляюще на Живую Легенду.