Тайная история Тартарии. Том 1. Паны, холопы и Другие

– Сто говоришь? Да когда мне сто было, на месте дома твоего густой лес шумел! А вон те дубы я помню еще желудями! Отец мой – Горын Змеич, брат, стало быть – Змей Горыныч.

– Что за сказки такие? – не удержался удивленный отрок. – Мне бабка о том сказывала, как богатырь Волх Всесла… – Глаза Ивана округлились. – Так ты, значит, и есть Волх Всеславлич?!

– Я и есть. Нечто раньше не дотумкал? Сражался я с братом моим и даже победил его. Да только мне его не убить: как раню я его, моя сила тогда к нему утекает. Вот как нынче сила побратима твоего в схватке к тебе ушла.

На благо ты когда-то волчонка этого спас. Не раз тебе то добро вернется.

Так вот, мне отца и брата моих не сразить, а тебе под силу. Но только ж помни, не одним могуществом, но злым коварством сильны они. В каком облике тебе явятся, не ведомо, сами ли придут или пришлют кого – не угадаешь. Вон Святослав Хоробрый, что прежде тебя этим мечом владел, в бою непобедим был. Ан ворожбой и предательством брат мой сгубил его. Так что готов будь, парень, к схватке и в день, и в ночь, и в жару, и в ненастье, и на земле, и в воде, и в небесах.

Сейчас подкрепи силы. – Волхв Всеславлич провел рукой над костром и там, где только что, пожирая хворост, скакало веселое пламя, очутился накрытый стол. – А мне сейчас уйти надо. Позже вернусь, тогда учить тебя стану управляться с мечом.

Старец поднялся, развел широченные плечи и, казалось, стал выше на две головы.

– А звать все тебя отныне будут Иван Сирко, как побратима твоего, Егориева зверя. Уразумел?

Иван Сирко молча кивнул, не сводя завороженного взгляда с наставника.

И вдруг – будто молния ударила с земли в небо. Исчез, растворился в воздухе седобородый богатырь, и следа не осталось.

Иван сидел у кошмы, заставленной снедью. Мысли беспорядочно кружили вокруг событий нынешнего дня. Меч лежал у него на коленях, и почему-то от прикосновения гладкой стали ему сделалось удивительно спокойно. Он бы, пожалуй, решил, что старик посмеялся над ним, рассказал старую, как мир, сказку, когда бы не произошли с ним все эти чудеса наяву.

«Да как же такое могло случиться? Не с кем-нибудь, не где-нибудь, а со мной в этот самый день. Неужто я зверем и рыбой оборачивался? Ужель и впрямь меч, Сварогом откованный, мой отныне?..»

С реки послышался дружный плеск весел.

– Давай, навались! – зычно прикрикнул кто-то.

Иван вскочил. По Днепру в сторону порогов двигалась казацкая чайка, остроносая, с вязанками камыша поверх бортов, стало быть, идущая с моря.