Тайная история Тартарии. Том 1. Паны, холопы и Другие

И в этом начинании, можешь не сомневаться, я тебя поддержу.

– Занятная мысль, – уже куда бодрее усмехнулся Ян Казимир. – Стоит обдумать.

– Обдумай. А я тем временем отдохну с дороги. Завтра мы продолжим наш разговор.

– Да, Леонард. Прости, что я погорячился и подумал о тебе плохо.

– Большая политика – это область, где всем друг о друге следует думать плохо. Уж точно не обманешься, зато в случае удачи ждет двойная радость.

Фон Шрекенберг чуть склонил голову, повернулся и вышел из тронного зала, оставив своего венценосного «друга» в размышлении о превратностях судьбы.

Барон со свертком в руках ждал его у порога.

– Прикажете отнести в карету? – с поклоном спросил он.

– А, это? – чуть заметно скривившись, походя бросил императорский посланец. – Я видел он тебе понравился?

– Превосходное оружие! – не сдерживая чувств, воскликнул барон.

– О, да. Я дарю тебе его.

– Но как же?..

Фон Шрекенберг резко повернулся и вперил немигающий взгляд в ротмистра, так что у того похолодело в груди.

– Никогда не смей перечить мне!

* * *

Замок Гуровеже неподалеку от Кракова был подарен графу фон Шрекенбергу несколько лет тому назад, еще тогда, когда королевич Ян Казимир только готовился взойти на отцовский трон. Хозяин бывал здесь нечасто, но когда приезжал в Речь Посполитую, то останавливался только здесь. Так было и в этот раз.

Боевые холопы, составлявшие гарнизон неприступного укрепления на скале, быстро распахнули ворота перед каретой, так же быстро захлопнули их так, будто за его сиятельством гнались по пятам.

Каждый из них знал, что пан Леонард шутить не склонен и готов отходить тростью всякого, кто ему не угодит. И это хорошо, если тростью. Одного замешкавшегося слугу просто с размаху ударил набалдашником по темечку, а затем приказал мертвое тело сбросить со скалы в ров.

На этот раз его сиятельство, похоже, не настроен был свирепствовать, но и праздником местные жители его приезд вряд ли могли считать.

– Все вон! – скомандовал граф, убедившись, что ворота надежно заперты. – Если в ближайшие часы я кого-то увижу здесь, во дворе, прикажу вздернуть на крюк!

Испуганные холопы не заставили долго себя упрашивать. Пан Леонард поглядел в ночное небо. При свете узкого полумесяца едва можно было разглядеть полет нетопырей.