Чужеродный организм

– Если от каждого маньяка прятаться, можно всю жизнь дома просидеть.

– В поговорке про волков было…

– В твоём случае про маньяков правильнее.

– И что мне теперь делать?

Ольга остановилась и положила руку ей на плечо:

– Ничего не делать. После занятий задержишься в раздевалке. А если он будет тебя спрашивать, я скажу, что не пришла. Хорошо?

7

Шмель остановил машину в тихом переулке. Вышел и, оглядываясь по сторонам, неспешно подошёл к багажнику. Открыл.

– Не сдох ещё?

Малах замотал головой.

– Забыл я про тебя, понимаешь? Надо было в лесу это сделать… – Шмель достал пистолет. – Открывай рот.

– Не-е-ет! – прохныкал Малах, но рот открыл. Шмель сунул ствол ему между зубов:

– Зажмуришься или так бахнуть?

– Не-е-ет…

Шмель наклонился к нему.

– Значит, слушай сюда, сучоныш. Если ты кому-нибудь вякнешь о том, кого видел и где был…

– Ммм!

– Я даже сам боюсь подумать, что с тобой тогда будет.

– Ммм!!!

– Добрый я сегодня не по теме… – Шмель вытащил пистолет и вытер ствол о рубашку Малаха.

– Я п-п-понял…

– Начинай.

Малах выбрался. Размазал по щекам слёзы и сопли, покрутил головой, ориентируясь, и побрёл в сторону трамвайной остановки.

Шмель захлопнул багажник.

* * *

– Спасибо, дорогая! – Карась кивнул официантке и подвинул к себе тарелку с пельменями. Ослабив галстук и расстегнув верхнюю пуговицу рубашки, он взял вилку и принялся есть.

Своё прозвище Карась получил не столько за внешний вид – круглые щёки и упитанное лицо – сколько за манеру причмокивать губами при разговоре. Совсем как обозначенная рыба, когда её вытащишь из воды. Впрочем, снимая с вилки горячий пельмень, он сделал ещё более похожее движение: раскрыв рот, вытянул губы и всосал пельмень в точности по-карасиному.

Он посмотрел на часы: ровно два. Сегодня никто не скажет, что он опоздал.

У входной двери звякнула связка колокольчиков, и Карась повернул голову.

Не дожевав первый пельмень, Карась положил в рот следующий и махнул партнёрам, приглашая их за свой столик. Они сели.

– Как успехи, ребята? – спросил он с набитым ртом.

– Всё жрёшь? – Боксёр покосился на соседние столики. – Ну чё… нашли мы твоих грибников.

– Правда?

Боксёр достал из барсетки пухлый бумажный конверт и положил его на столик.