Чужеродный организм

Снова повернулся к «студенту» и вдруг схватил его за ухо:

– Ага!!! Ты узнал меня, мальчик? Узнал?!

«Студент» покраснел, ловя ртом воздух. Очки его криво сползли.

– Вы меня с кем-то путаете! – залепетал он.

– Тридцать тысяч, а? Мальчишка! Ты помнишь меня?!

Берестнев потащил пузатого за рукав. Мужик шагнул назад, но ухо не выпустил:

– Негодяй! Где мои деньги?!

Берестнев обхватил его за плечи.

– Что такое? Э-э! – Пузатый задвигал локтями. Сшиб бутылку с соседнего столика – вино разлилось по скатерти и заструилось на пол.

Пышная мадам вскочила, с ужасом глядя на красные брызги на своём платье.

Мужику удалось вырваться. Он развернулся и вперился в Берестнева злобным взглядом.

– Кто ты такой? – прорычал он. И снова икнул. – Кто ты такой?!

Берестнев показал рукой в сторону выхода.

– Разбирайтесь в другом месте, – сказал он. – Пожалуйста.

– Чего?! – Пузатый сделал неожиданный выпад. Берестнев едва успел отклониться от удара кулаком. Зацепило вскользь. Ещё один замах. Ответная реакция возникла неосознанно и мгновенно: он подхватил пузатого снизу, поднял над собой и в следующую секунду бросил на пустой столик с табличкой «Заказано».

Взвизгнула женщина. Столик хрустнул и под тяжестью тела развалился на две половины.

Пузатый оказался на полу, засыпанный салфетками, солью и зубочистками. Пытаясь подняться, забарахтался, точно упавший на спину майский жук.

Берестнев подошёл к нему.

– Вам всё-таки придётся уйти, – сказал он как можно спокойнее.

– Уйти? – Пузатый захрипел от возмущения.

 – Уйти – мне?!

Некоторые посетители покинули свои места и начали пробираться к выходу. Другие с интересом наблюдали, чем закончится дело.

– Что случилось? – В зале появился директор кафе.

– Всё в порядке, – сказал Берестнев. – Небольшое происшествие.

– Как это? – Директор всмотрелся в лицо сидящего на полу человека. – Боже мой! – Он присел на корточки, снимая с пузатого салфетку за салфеткой. – Анатолий Михайлович, вставайте… Боже мой!

Директор подхватил мужика под локоть.

– Ну, знаете ли!.. – Пузатый, пыхтя, поднялся. Две пуговицы на его рубашке со щелчком отскочили.

– Садитесь, пожалуйста, Анатолий Михайлович, мы сейчас всё уладим! – Директор двинул под мужика стул, и тот сел. – Главное, не волнуйтесь! Боже мой!

– Нет, я больше ни на минуту… – Пузатый потёр ладонями багровое лицо. Икнул. – Ни на минуту больше здесь… Уберите руки!

Он вскочил, отмахиваясь.

– Это недоразумение! – жалобно воскликнул директор.