Чужеродный организм

Боксёр нажал «принять вызов».

– Роман? – послышался голос.

– Да, я. Чем порадуешь?

– Результаты готовы, могу поделиться.

– Давай, заждались уже. – Боксёр положил пистолет на журнальный столик.

– В общем и целом мой первоначальный диагноз подтвердился, – сказал доктор. – Всё в порядке. Вещество выводится полностью и никакого отрицательного влияния на состав крови не оказывает.

– Точно?

– Точнее не бывает. У нас новейшее японское оборудование, вы же знаете. А наши специалисты…

– Знаю, – перебил Боксёр.

 – То есть, без побочных?

– Судя по всему – да, без побочных эффектов. – Послышалось, словно бы перелистнули страницу. – Есть, правда, нехорошие признаки, но это…

– Чё?

– Как я уже говорил, из-за частого употребления алкоголя.

– Забей. Это всё? Смотри, не ошибись.

– Обижаете… Я бы, конечно, понаблюдал его недельку. Так, на всякий случай. А ещё лучше провести повторный тест. Желательно, усиленный, с перегрузкой. Только на более здоровом экземпляре. Вы понимаете, о чём я?

– Да.

 – Боксёр сделал паузу. – Будет тебе более здоровый экземпляр.

Он нажал «отбой» и бросил телефон обратно на подоконник.

– Ну, и чего там он? – спросил Шмель.

– Нормально. Ничего опасного, говорит, не нашёл. Вернее, он вообще ничего не нашёл.

– Как это?

– В крови никаких следов приёма наркотиков.

– Круто. – Шмель хмыкнул. – Теперь ни одна экспертиза не докажет, что…

– Докажет, но не в этом дело. – Боксёр сел в кресло, взял пистолет и сдул с него пылинку.

 – Тут фишка вот в чём: получается, эти грибы можно принимать когда угодно, хоть всю ночь их жевать и бредить. А утром ты свежачок, будто ничего и не было.

– Никаких отходняков и трясучек?

– Да. Всё чисто и чётко.

– Идеальная наркота! – Шмель сунул в рот горсть хрустящих картофельных кругляшков. – Надо как-нибудь самому попробовать…

20

Каталка с накрытым простынёй мёртвым телом царапнула краем по углу стены и застряла.

– Бл-лин…

Толик сдвинул каталку назад, изменил направление движения и попробовал ещё раз.

Каталка вписалась в поворот.

В помещении морга отделения судебной медицины прохладно и тихо. Пахнет формалином и чем-то ещё – горьковато-сладким и мёртвым. Тревожным. Запахи морга особенные, их не спутаешь ни с чем и не исправишь никаким кондиционером. Каждый, кто работает здесь, постепенно и сам пропитывается такими запахами – одежда, волосы, пальцы. И отмываться бесполезно: запах смерти остаётся с тобой надолго.