Аксолотль и статуэтка превращений. Часть первая

Потом на тарелку кладешь руки, тарелка начинает вращаться, и стрелка на буквы указывает. Слова получаются. Ты вслух задаешь духам вопросы, они тебе отвечают. Могут даже твое будущее предсказать.

– Да-а?! – Обрадовался Саша.

– Да.

– И каких духов можно вызывать.

– Хоть каких. Хошь – Петра Первого, хошь – твоего умершего прадеда.

– А если я не знаю прадедов своих?

– Тогда не вызовешь. Духов по именам вызывать надо.

Саша помрачнел. Имен своих предков он не знал, их преступное прошлое старательно скрывали бабушка и дедушка, а имена великих людей….

Саша даже не знал, что такие люди бывают. Саша знал соседей, знал некоторых своих родственников, с кем не успела рассориться охочая до склок Альбина, знал всех станичных начальников, бандитов и прочих прохиндеев, но только потому, что о них за столом рассказывала бабушка. Знал Саша и многих российских «звезд»: об их ссорах и тусовках рассказывали все каналы телевидения. Однако все они были еще живы, а для вызывания требовались мертвые. Так что Саша решил ограничиться Леночкиными дальними родственниками, полагаясь на ее знания семейной генеалогии.

– Когда темнеть начнет, приходи, – сказала Леночка. – С нами Любка и Анфиска будут.

– Да-а-а? – Разочаровался Саша.

– Ты что-то против них имеешь? – С подозрением спросила Леночка.

– Да нет, ничего, – поспешно ответил Саша.

– Я тоже духов вызывать хочу, – объявил Леша.

– Обойдешься, – сказал Саша.

– Пусть приходит, – миролюбиво согласилась Леночка, а Саша недовольно засопел.

Не любил он своего брата.

Леночка ушла, а Саша стал вешать на уши младшего брата бельевые прищепки, утверждая, что с такими клипсами он выглядит неотразимо. Леша своей неотразимости не оценил и поднял вой, больше похожий на визг придавленного поросеночка. К этому времени бабушка Муня вернулась домой и теперь стояла перед двором, обсуждала с соседками станичные сплетни. Быстро распахнув калитку, бабушка ворвалась во двор и с удивительным для своего возраста проворством схватила Сашу за белобрысый чубчик.

– Сашка, ты пошто Алешку маленького обидел? – Вопрошала бабушка Муня, теребя Сашины волосы. – Ты же большой, а он – маленький. Пороть буду, Сашка, пороть. Даже если ты вырвешься, если убежишь, я догоню и буду пороть. Куда бы ты не убежал, куда бы не спрятался, я тебя догоню и пороть буду!

Саша терпеливо молчал, а Леша цвел майским растением и, кажется, начинал благоухать.